Спецсообщения Г.Г. Ягоды И.В. Сталину и Н.И. Ежову с приложением протокола допроса Г.Я. Сокольникова

 

СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО.

СЕКРЕТАРЮ ЦК ВКП(б) –

тов. ЕЖОВУ.

 

Направляю Вам протоколы допросов участников троцкистско-зиновьевской контрреволюционной террористической организации в СССР:

1) СОКОЛЬНИКОВА Г.Я. от 30 августа 1936 года;

2) ДИТЯТЕВОЙ Л.Ф. от 30 августа 1936 года;

3) ПУТНА В.К. от 31 августа 1936 года;

4) ЗЮКА М.О. от 29 августа 1936 года.

 

НАРОДНЫЙ КОМИССАР
ВНУТРЕННИХ ДЕЛ СОЮЗА ССР: Г. Ягода (Г. ЯГОДА)

 

1 сентября 1936 г.

 

№ 57533

 

 

РГАСПИ Ф. 671, Оп. 1, Д. 174, Л. 1.


СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО.

СЕКРЕТАРЮ ЦК ВКП(б) –

тов. ЕЖОВУ.

 

Направляю Вам протоколы показаний СОКОЛЬНИКОВА, ДИТЯТЕВОЙ, ПУТНА и ЗЮКА.

Особенно важны протоколы СОКОЛЬНИКОВА и ДИТЯТЕВОЙ, показаниями которых совершенно точно установлено существование второго троцкистско-зиновьевского центра в составе: ПЯТАКОВА, РАДЕКА, СЕРЕБРЯКОВА, СОКОЛЬНИКОВА и ПРЕОБРАЖЕНСКОГО.

Этот второй центр тем более опасен, что именно этот центр после 1934 года, вплоть до последнего времени, организовывал террористические группы, продолжавшие подготовку террористических актов.

Некоторые из этих террористических групп второго центра, возглавлявшиеся ЗАКС<ОМ>-ГЛАДНЕВЫМ, ТИВЕЛЕМ и АНТОНОВЫМ, нами вскрыты.

Однако не подлежит сомнению, что часть террористических связей, лично связанных с РАДЕКОМ и ПЯТАКОВЫМ, продолжает оставаться на свободе.

Показания СОКОЛЬНИКОВА также полностью подтверждают установление центром прямого блока с ТОМСКИМ, РЫКОВЫМ, БУХАРИНЫМ и вхождение в 1936 году ТОМСКОГО в состав центра.

С привлечением правых террористическая база центра расширилась, в частности, как это видно из показаний СОКОЛЬНИКОВА, за счет сохранившихся кадров правых среди профсоюзных работников.

Из показаний ДИТЯТЕВОЙ, ЗЮКА и сознавшегося после упорного запирательства ПУТНА совершенно ясно существование военной организации.

Заслуживают внимания показания ДИТЯТЕВОЙ о непосредственной связи ПЯТАКОВА с ТРОЦКИМ через СЕДОВА в 1931 г., показания СОКОЛЬНИКОВА о связи РАДЕКА с ТРОЦКИМ до последнего времени через корреспондента “Известий ЦИК” БУХАРЦЕВА и показания ПУТНА о связи с ТРОЦКИМ через СЕДОВА.

Представляют интерес показания ДИТЯТЕВОЙ о Зам<естителе> Наркомпути Якове ЛИВШИЦЕ. Утверждение ДИТЯТЕВОЙ, что связь ПЯТАКОВА с ЛИВШИЦЕМ шла через ГОЛУБЕНКО, сомнительно; видимо, ДИТЯТЕВА что-то скрывает.

Поскольку нахождение ПЯТАКОВА и РАДЕКА на свободе не дает возможности вскрыть до конца их контрреволюционные связи, и для того, чтобы раз навсегда покончить с троцкистскими организаторами террора, прошу разрешения на их арест, а также на арест ПРЕОБРАЖЕНСКОГО и БУХАРЦЕВА.

Вопрос об аресте БУХАРИНА и РЫКОВА прошу решить в зависимости от показаний ПЯТАКОВА и РАДЕКА.

 

НАРОДНЫЙ КОМИССАР
ВНУТРЕННИХ ДЕЛ СОЮЗА ССР: Г. Ягода (Г. ЯГОДА)

 

1 сентября 1936 г.

 

57534

 

 

РГАСПИ Ф. 17, Оп. 171, Д. 236, Л. 112-113.


ПРОТОКОЛ ДОПРОСА

СОКОЛЬНИКОВА, Григория Яковлевича.

От 30-го августа 1936 года.

 

СОКОЛЬНИКОВ Г.Я., 1888 года рождения, уроженец гор. Ромны, (б<ывшей> Полтавской губ<ернии>), до ареста Зам<еститель> Наркома лесной промышленности, б<ывший> член ВКП(б) с 1905 года.

 

Вопрос: В протоколе допроса от 24-25 августа вы показали, что до провала объединенного центра троцкистско-зиновьевского террористического блока был сконструирован центр, который должен был явиться преемником объединенного центра. Подтверждаете ли вы это?

Ответ: Да, подтверждаю.

Вопрос: Далее, вы показали, что в состав этого преемственного центра вошли вы – СОКОЛЬНИКОВ, Карл РАДЕК и СЕРЕБРЯКОВ Л.П. Подтверждаете ли вы эти показания?

Ответ: Да, подтверждаю.

Вопрос: Что вам известно о контрреволюционной деятельности преемственного центра?

Ответ: Аресты ЗИНОВЬЕВА, КАМЕНЕВА, ЕВДОКИМОВАБАКАЕВА и других, а также последовавшие вслед за этим аресты МРАЧКОВСКОГОТЕР-ВАГАНЯНА и аресты троцкистов и зиновьевцев в Москве и других городах привели в начале 1935 г. к разгрому троцкистско-зиновьевской террористической организации. Были оборваны связи между группами и внутри групп.

Деятельность групп почти полностью приостановилась. Я лично ждал со дня на день своего ареста. Мои настроения не составляли исключения. Впоследствии СЕРЕБРЯКОВПИКЕЛЬТУМАНОВ передавали мне, что также ждали своего ареста.

В январе 1935 года состоялся процесс над ЗИНОВЬЕВЫМ, КАМЕНЕВЫМ и другими. Было общеизвестно, что ЗИНОВЬЕВ, КАМЕНЕВ признали себя виновными лишь в моральной и политической ответственности за убийство КИРОВА. Для меня было ясно, что они обманули суд, скрыв свое непосредственное участие в террористической деятельности.

Это обстоятельство было мною воспринято как доказательство того, что непосредственная опасность миновала, хотя угроза дальнейшего разгрома организации окончательно еще не ликвидирована. Поэтому я считал, что необходимо некоторое время еще выждать.

Организационную работу я возобновил в мае месяце 1935 года, когда я пришел к выводу, что работу уже можно начинать. К этому времени относится восстановление мною связи с ТУМАНОВЫМПИКЕЛЕМ и ДРЕЙЦЕРОМ, которые уцелели от разгрома 1934 года.

В мае 1935 года, после перерыва в наших встречах ТУМАНОВ пришел ко мне домой и сообщил, что он уже связался с руководителями террористических групп – ДРЕЙЦЕРОМ и ПИКЕЛЕМДРЕЙЦЕР сообщил ТУМАНОВУ, что он установил связь с троцкистской частью преемственного центра в лице РАДЕКА и СЕРЕБРЯКОВА. Через ТУМАНОВА я дал знать РАДЕКУ, что я уже начал воссоздавать организацию и считаю необходимым, чтобы преемственный центр, сконструированный в 1933-1934 годах, приступил к восстановлению троцкистско-зиновьевской организации.

Вопрос: Почему вы непосредственно не установили связи с РАДЕКОМ, а действовали через ТУМАНОВА?

Ответ: В этот период времени я считал неосторожным пойти самому на встречу с РАДЕКОМ и решил использовать связь ТУМАНОВА с РАДЕКОМ.

Спустя некоторое время ТУМАНОВ мне сообщил, что РАДЕК также считает, что наступило время воссоздания троцкистско-зиновьевской террористической организации, и что в связи с этим РАДЕК хочет со мною встретиться.

В июне-июле 1935 года состоялась моя встреча с РАДЕКОМ в редакции “Известий” у него в кабинете. РАДЕК решительно высказывался за возобновление террористической деятельности и за необходимость восстановления связей с участниками блока, разорванных после разгрома 1934 г. 

Далее РАДЕК передал мне, что он связан с ПЯТАКОВЫМ Ю.Л., настроения которого ничем не отличаются от наших настроений, и что ПЯТАКОВ выразил согласие принять руководящее участие в деятельности воссоздаваемой троцкистско-зиновьевской организации. РАДЕК выяснил мое мнение по этому вопросу. Я был – за, считая, что привлечение в состав центра ПЯТАКОВА является положительным фактом.

Согласие ПЯТАКОВА на участие в троцкистско-зиновьевском террористическом блоке не вызвало у меня особого удивления: зная ПЯТАКОВА, я никогда не считал, что он искренне разорвал с оппозицией, а от АРКУСА – одного из наиболее близких друзей ПЯТАКОВА – мне было известно, что ПЯТАКОВ враждебен к руководству и политике партии.

Таким образом, к концу лета 1935 года руководящая группа участников троцкистско-зиновьевского подполья, приступившая к воссозданию организации, сложилась в следующем составе: я – СОКОЛЬНИКОВ, Карл РАДЕКПЯТАКОВ и СЕРЕБРЯКОВ.

Вопрос: Почему же Вы на допросе 24-25 августа с<его> г<ода>, когда вам был задан вопрос о составе нового центра, не назвали ПЯТАКОВА, а указали, что центр состоял только из вас, РАДЕКА и СЕРЕБРЯКОВА?

Ответ: Ранее в своем ответе я назвал только тот состав центра, который был сконструирован в 1933-1934 г.г. В этот состав ПЯТАКОВ не входил.

Вопрос: Это неверно. РЕЙНГОЛЬД И.И. и другие арестованные показывают, что преемственный центр, сконструированный в 1933-1934 г.г., состоял из вас – СОКОЛЬНИКОВАРАДЕКА, ПЯТАКОВА и СЕРЕБРЯКОВА.

Ответ: Я утверждаю, что в 1933-1934 г.г. в состав центра ПЯТАКОВ не был введен. Он вошел в него только в 1935 году при обстоятельствах, о которых я показал выше. Я совершенно не намерен скрывать роли и участия ПЯТАКОВА в организации.

Добавляю, что кроме ПЯТАКОВА впоследствии, когда был заключен блок с правыми, – в центр вошел также и ТОМСКИЙ.

Вопрос: Мы вернемся к ТОМСКОМУ в дальнейшем. Все ли вы рассказали об этой встрече с РАДЕКОМ?

Ответ: Нет. Я с РАДЕКОМ обменялся мнениями по вопросу о том, как ставить дальнейшую работу по воссозданию организации. Я высказал ему следующие соображения, вытекавшие, по моему мнению, из опыта провала троцкистско-зиновьевской организации 1934 года:

Я считал, что интересы конспирации требуют создания количественно небольших боевых групп. Эти группы должны быть глубоко законспирированными и внутри себя строиться по принципу цепочки, когда каждый участник группы знает лишь лицо, с ним непосредственно связанное по обстоятельствам боевой работы.

Я отвергал необходимость воссоздания московского центра троцкистско-зиновьевского террористического блока и считал, что не следует в этом отношении проводить аналогию с предыдущим этапом нашей борьбы и предлагал, чтобы руководители отдельных террористических групп, имеющихся в Москве, были связаны непосредственна с кем-либо из нас – членов союзного центра.

Далее я указал РАДЕКУ на настоятельную необходимость глубоко законспирировать членов центра, свести к минимуму личные встречи между ними, ликвидировать практику одновременных встреч и совещаний членов центра.

Вне Москвы я также предлагал не создавать каких-либо центров, объединяющих деятельность существующих там групп троцкистско-зиновьевского блока, а связывать руководителей этих групп непосредственно с преемственном центром.

Вопрос: Как отнесся Карл РАДЕК к вашему плану?

Ответ: Он выразил свое одобрение, заявив, что иного решения вопроса и не может быть и что в ближайшую же встречу с ПЯТАКОВЫМ и СЕРЕБРЯКОВЫМ он выяснит их мнение по существу вопроса.

Спустя непродолжительное время после моего свидания с РАДЕКОМ он сообщил мне через ТУМАНОВА о том, что мои предложения приняты ПЯТАКОВЫМ и СЕРЕБРЯКОВЫМ.

Таким образом, все что я предлагал, было положено в основу дальнейшей работы по сколачиванию кадров троцкистско-зиновьевской организации.

Быстроту, с какой мой план был принят, я объяснял тем, что все уроки из провала 1934 года были настолько очевидны, что не вызывали никаких возражений.

Вопрос: С какими группами троцкистско-зиновьевского блока вы лично установили связь?

Ответ: Я поддерживал связь и руководил террористической деятельностью группы ЗАКСА-ГЛАДНЕВА и ТИВЕЛЯЗАКС-ГЛАДНЕВ активный зиновьевец, бывший редактор “Ленинградской Правды”, создал террористическую группу, подготовлявшую покушение против СТАЛИНА. Группа ЗАКС<А>-ГЛАДНЕВА состояла из энергичных и решительных боевиков и развила большую активность. Непосредственно с ЗАКС<ОМ>-ГЛАДНЕВЫМ я не поддерживал связи, связь с этой террористической группой мною осуществлялась черва ТИВЕЛЯ. Установление связи относится к лету 1935 года, когда ТИВЕЛЬ сообщил мне, что ЗАКС-ГЛАДНЕВ хочет встретили со мною. С ТИВЕЛЕМ я обычно встречался в своем служебном кабинете в Наркомлесе.

Вопрос: Откуда ТИВЕЛЮ было известно, что вы являлись членом центра?

Ответ: ТИВЕЛЯ я знал сравнительно давно – с 1920 года. Встречаясь с ТИВЕЛЕМ в 1933-1934 г., я не скрывал от него своих контрреволюционных настроений, знал от него, что он является участником троцкистско-зиновьевского террористического блока. Когда ТИВЕЛЬ обратился ко мне лотом 1935 года с целью установления со мною связи, он мне сказал, что от КАМЕНЕВА он знает о той роли, которую мне отводил объединенный центр в случае провала. Я без особого опасения пошел на установление контакта с ТИВЕЛЕМ и через него – с террористической группой ЗАКСА-ГЛАДНЕВА.

Вопрос: Почему вы поддерживали связь с террористической группой ЗАКСА-ГЛАДНЕВА через ТИВЕЛЯ, а не непосредственно с самим ЗАКС<ОМ>-ГЛАДНЕВЫМ?

Ответ: ТИВЕЛЬ работал в аппарате ЦК ВКП(б), поэтому моя связь с ним по контрреволюционной работе была менее опасна, чем связь с ЗАКС<ОМ>-ГЛАДНЕВЫМ.

Вопрос: Назовите состав террористической группы ЗАКСА-ГЛАДНЕВА?

Ответ: Из участников террористической группы ЗАКС<А>-ГЛАДНЕВА мне известен сам ЗАКС-ГЛАДНЕВ и ТИВЕЛЬ. Кроме того, от ТИВЕЛЯ я знал, что ЗАКС<ОМ>-ГЛАДНЕВЫМ привлечен в качестве непосредственного исполнителя террористического акта сотрудник Наркоминдела – ФЛИГЕЛЬТАУБ, Рафаил. Эту фамилию я запомнил потому, что лично знал ФЛИГЕЛЬТАУБА по работе своей в Наркоминделе. Что касается других участников террористической группы, то я фамилии их не знаю, знаю лишь, что вся террористическая группа состояла из 6-7 чел<овек>.

Вопрос: Что вам известно о деятельности террористической группы ЗАКС<А>-ГЛАДНЕВА?

Ответ: ТИВЕЛЬ мне сообщил, что ЗАКС<ОМ>-ГЛАДНЕВЫМ разработан план осуществления террористического акта над СТАЛИНЫМ и что ЗАКС-ГЛАДНЕВ просит, чтобы я одобрил этот план. Этот план включал в себя убийство СТАЛИНА в момент проезда его машины через Бородинский мост. В этих целях группа вела систематическое наблюдение за проездами СТАЛИНА на Бородинском мосту.

Вопрос: Что вам известно о подготовке покушения на жизнь тов. СТАЛИНА на Бородинском мосту?

Отлет; В совершении террористического акта над СТАЛИНЫМ должны были принять участие 2-3 боевика. Я одобрил выбор мести покушения – Бородинский мост, исходя из того, что на мосту очень часто создаются заторы из-за движения трамваев и машин. В августе 1935 г. боевики проводили наблюдения в выбранном пункте, но оно было безрезультатно; им не удалось встретить машину СТАЛИНА.

Вопрос: Имели ли участники террористической группы ЗАКС<А>-ГЛАДНЕВА оружие?

Ответ: Да, у них было оружие, револьверы; происхождение оружия мне не известно.

Вопрос: Знали ли другие члены центра о террористической деятельности группы ЗАКС<А>-ГЛАДНЕВА?

Ответ: Да, знали. ПЯТАКОВ и СЕРЕБРЯКОВ знали от меня лично, РАДЕК знал от ТИВЕЛЯ.

Вопрос: Какие еще террористические группы были связаны с вами?

Ответ: Я знаю о существовании террористической группы, участником которой являлся ФРИДЛЯНД, Самуил Григорьевич [1]. Непосредственно террористической деятельностью ФРИДЛЯНДА руководил Карл РАДЕК. Я же знал от ФРИДЛЯНДА, что эта группа подготавливает совершение террористического акта над руководителями партии и правительства. Это все, что мне известно о группе ФРИДЛЯНДА. Далее, мне было известно, что ДРЕЙЦЕР и ПИКЕЛЬ продолжают свою террористическую деятельность и являются руководителями немногочисленных террористических групп. Это я знал лично от ПИКЕЛЯ.

Вопрос: Вы не показываете о составе названных вами террористических групп. Не может быть, чтобы вам не были известны боевики-террористы, входившие в эти группы.

Ответ: Я подтверждаю то, что сказал выше. Фамилии боевиков-террористов, кроме указанных мной ранее, я не знал.

Вопрос: Что вам известно о террористической деятельности группы ДРЕЙЦЕРА и ПИКЕЛЯ в 1935-1936 годах?

Ответ: ДРЕЙЦЕР в своей практической террористической деятельности был связан с ПЯТАКОВЫМ, что мне подтверждал ПЯТАКОВ. В террористической деятельности организации в 1935-1936 годах роль ДРЕЙЦЕРА была аналогична роли БАКАЕВА в период 1933-1934 годов. ДРЕЙЦЕР держал в своих руках нити подготовлявшихся покушений на жизнь СТАЛИНА и ВОРОШИЛОВА. Подробности об этой его деятельности мне неизвестны.

ПИКЕЛЬ после возвращения летом 1935 года с острова Шпицберген вел подготовку террористических актов совместно с ДРЕЙЦЕРОМ.

Вопрос: Вы умалчиваете об известной нам деятельности террористической группы ДРЕЙЦЕРАПИКЕЛЯ.

Требуем от вас исчерпывающих показаний по этому вопросу. 

Ответ: Все, что я знал о деятельности террористической группы ДРЕЙЦЕРАПИКЕЛЯ, я показал. Больше добавить ничего не могу.

Вопрос: Какие троцкистско-зиновьевские группы вам известны вне Москвы?

Ответ: В Ленинграде в 1935 году была террористическая группа, во главе которой стоял историк ЗАЙДЕЛЬ. Связь с этой группой поддерживал Карл РАДЕК.

В Ростове-на-Дону была террористическая группа, во главе с БЕЛОБОРОДОВЫМ. Связь с БЕЛОБОРОДОВЫМ поддерживал СЕРЕБРЯКОВ.

В Новосибирске действовала террористическая группа во главе с троцкистом МУРАЛОВЫМ, связь с ним поддерживал СЕРЕБРЯКОВ.

В Свердловской области существовала террористическая группа во главе с ЮЛИНЫМ, связь с ним поддерживал ПЯТАКОВ, являвшийся близким другом ЮЛИНА.

В Харькове существовала группа, руководителем которой являлся ШЛЕЙФЕР Илья, ответственный работник Наркомтяжпрома. ШЛЕЙФЕР поддерживал контрреволюционную связь с активным троцкистом ЛОГИНОВЫМ, являвшимся управляющим коксохимического треста в Харькове. Со ШЛЕЙФЕРОМ я поддерживал связь. Я с ним встречался в Москве у меня дома во время его приезда в командировки. От ШЛЕЙФЕРА мне известно, что ЛОГИНОВ в своей контрреволюционной работе был связан с ПЯТАКОВЫМ.

Вопрос: Что вам известно о контрреволюционной деятельности перечисленных групп?

Ответ: Террористическая группа ЗАЙДЕЛЯ в Ленинграде подготовляла убийство ЖДАНОВА. Террористическая группа ЛОГИНОВАШЛЕЙФЕРА на Украине готовила убийство КОССИОРА и ПОСТЫШЕВА. Террористическая группа МУРАЛОВА в Новосибирске подготовляла убийство ЭЙХЕ. Боевики групп Урала и Ростова в случае необходимости должны были быть использованы для террористических актов против СТАЛИНА в Москве и ЖДАНОВА в Ленинграде.

Вопрос: Вы не все показываете о деятельности перечисленных террористических групп?

Ответ: Все, что мне было известно о деятельности перечисленных террористических групп, я повязал выше.

Вопрос: Вы говорите, что не знали конкретной террористической работы периферийных групп, с которыми поддерживали связи другие члены центра. Вряд ли так было. Но о деятельности группы ШЛЕЙФЕРА в Харькове, с которой вы были связаны, вы не могли не знать.

Ответ: ШЛЕЙФЕР привлек в созданную им группу нескольких троцкистов и зиновьевцев, работавших в хозяйственных учреждениях Харькова, и представил их в распоряжение ЛОГИНОВА для участия в подготовке совершения террористических актов против КОССИОРА и ПОСТЫШЕВА. Деталей террористической деятельности группы я не знаю. Сказав главное – то есть то, что такая группа во главе со ШЛЕЙФЕРОМ в Харькове существовала, – мне нет никакого смысла скрывать конкретную деятельность группы.

Вопрос: Когда впервые вы встретились с ПЯТАКОВЫМ по вопросам контрреволюционной работы?

Ответ: В конце лета 1935 года я встретился с ПЯТАКОВЫМ у него в кабинете в здании Наркомтяжпрома. Эта встреча была заранее обусловлена. Произошла она часов в 10-11 вечера.

Я передал ПЯТАКОВУ обо всем том, что было мною проделано в отношении возобновления связи с оставшимися на свободе участниками троцкистско-зиновьевского террористического блока.

Я сообщил ПЯТАКОВУ об установлении мною связей черев ТИВЕЛЯ с террористической группой ЗАКСА-ГЛАДНЕВА и о том, что я связался со ШЛЕЙФЕРОМ на Украине.

ПЯТАКОВ заявил мне, что одобряет тот план организационных мероприятий по воссозданию блока, о котором я говорил выше и который был ему сообщен РАДЕКОМ.

ПЯТАКОВ подтвердил свою связь с ДРЕЙЦЕРОМ и указал, что ДРЕЙЦЕР ведет активную работу по подготовке террористических покушений против руководителей партии и правительства.

В конце беседы ПЯТАКОВ поставил передо мною вопрос о необходимости расширения базы блока.

Этот вопрос являлся главной причиной моей встречи с ПЯТАКОВЫМ.

Вопрос: О каком расширении блока говорил ПЯТАКОВ?

Ответ: ПЯТАКОВ заявил о необходимости включения в троцкистско-зиновьевский террористический блок правых. Его мотивировка сводилась к следующему:

Аресты 1934 года обескровили блок. Необходимо привлечь новые силы. Такой новой силой являются правые. Правые еще в 1934 году выражали свою солидарность с деятельностью блока.

ПЯТАКОВ делал вывод, что блок с правыми необходимо форсировать. ПЯТАКОВ спросил, как я смотрю на блок с правыми, заявив мне, что РАДЕК и СЕРЕБРЯКОВ одобряют блок.

Я также был согласен с необходимостью блока с правыми и взял на себя ведение переговоров с ними.

Вопрос: Вели ли вы переговоры с правыми о блоке?

Ответ: Да.

Вопрос: С кем именно?

Ответ: С ТОМСКИМ.

Вопрос: Когда вы встретились с ТОМСКИМ?

Ответ: Это было в ноябре 1935 года.

Вопрос: Имели ли вы до этой встречи контрреволюционные связи с ТОМСКИМ?

Ответ: Да, моим переговорам с ТОМСКИМ осенью 1935 года предшествовала встреча с ним в октябре 1934 года во время выхода с одного из заседаний в Кремле, когда я и ТОМСКИЙ очень быстро нащупали общий политический язык, враждебный партии. Я намекнул ТОМСКОМУ, что нахожусь в курсе его связей с ЗИНОВЬЕВЫМ и КАМЕНЕВЫМ и что я знаю о его положительном отношении к деятельности троцкистско-зиновьевского блока. ТОМСКИЙ подтвердил это.

Вопрос: Сообщите следствию о ваших переговорах с ТОМСКИМ осенью 1935 года.

Ответ: Моя встреча с ТОМСКИМ произошла в помещении Госиздата, в его кабинете. После короткого разговора на посторонние темы, пользуясь тем, что эта беседа с ТОМСКИМ фактически уже была подготовлена в 1934 году, я прямо поставил перед ним вопрос о необходимости объединения сил правых с нами, т.е. с троцкистско-зиновьевским блоком. Мои доводы в пользу объединения сводились и следующему: “выжидательной позиции правых надо положить конец; сейчас необходимо ввести в бой все силы, противоборствующие руководству партии и правительству, иначе нас разобьют поодиночке. После провала 1934 года объединение сил с правыми жизненно необходимо.

Выразив свою солидарность со мной, ТОМСКИЙ заявил, что определенного ответа он не может сразу дать, ибо должен переговорить с РЫКОВЫМ и БУХАРИНЫМ.

В этой беседе ТОМСКИЙ проявил большую озлобленность к СТАЛИНУ. 

Вопрос: Кому из членов центра вы сообщили о переговорах с ТОМСКИМ?

Ответ: Вскоре после этой встречи с ТОМСКИМ я встретился с ПЯТАКОВЫМ. Встреча произошла снова в кабинете ПЯТАКОВА в Наркомтяжпроме. Я передал ему мой разговор с ТОМСКИМ. ПЯТАКОВ указал, что на блок с правыми троцкистская часть центра имеет прямое согласие от Л.Д. Троцкого. Троцкий обуславливает блок признанием со стороны правых преимущественного и ведущего положения в практической деятельности блока за троцкистами. Я не возражал против этого требования троцкистов и согласился передать его ТОМСКОМУ. Далее, ПЯТАКОВ считал, что нужно ТОМСКОГО ввести в состав центра, на что я также дал согласие.

Вопрос: Были ли вами продолжены переговоры с ТОМСКИМ?

Ответ: Да, в начале 1936 года я вновь встретился с ТОМСКИМ в его кабинете в Госиздате; я передал ТОМСКОМУ требования, выдвинутые ПЯТАКОВЫМ. ТОМСКИЙ ответил, что правые эти требования принимают и согласны на вступление в блок. Было обусловлено, что ТОМСКИЙ входит в состав центра организации. ТОМСКИЙ заявил мне, что правые располагают значительными кадрами. “Больше всего, – сказал ТОМСКИЙ, – потрепали бухаринских людей, меньше – рыковских, а мои профсоюзные ученики сохранились в низовых организациях”. ТОМСКИЙ говорил, что у правых имеются люди, готовые к террору. Я передал ТОМСКОМУ, что с ним хочет встретиться ПЯТАКОВ. ТОМСКИЙ дал согласие на эту встречу.

Вопрос: Состоялась ли встреча ТОМСКОГО с ПЯТАКОВЫМ

Ответ: Да, состоялась. Примерно через 3-4 недели ПЯТАКОВ мне сообщил, что он виделся с ТОМСКИМ, и что блок с правыми надо считать совершившимся фактом. Таким образом, с начала 1936 года состав центра был пополнен представителем правых – ТОМСКИМ.

Вопрос: Каким путем осуществлялась связь троцкистской части центра с ТРОЦКИМ?

Ответ: Связь с Троцким поддерживал РАДЕК. Он осуществлял ее через корреспондента “Известия” за границей Дмитрия БУХАРЦЕВА.

Вопрос: Откуда это вам известно?

Ответ: Об этом мне говорили РАДЕК и ПЯТАКОВ. Кроме того, это же подтвердил мне сам Дмитрий БУХАРЦЕВ.

В 1934 году я видел БУХАРЦЕВА, который рассказал мне, что через одно лицо, находящееся в Берлине, он осуществляет связь РАДЕКА с Троцким. Встреча моя с БУХАРЦЕВЫМ произошла у меня дома.

Связь с Троцким носила регулярный характер и обеспечивала своевременное получение директив от Троцкого и сообщение ему информаций из Москвы.

ПЯТАКОВ и РАДЕК мне говорили, что от Троцкого были получены следующие директивы:

а) директива, одобряющая блок с правыми, являющаяся ответом на запрос троцкистско-зиновьевской части центра о мнении Троцкого по вопросу о блоке.

б) О необходимости форсировать осуществление террористических актов против руководителей партии и правительства.

Троцкий указывал, что не может понять той медлительности, с какой осуществляется эта подготовка к террористическому покушению против СТАЛИНА и ВОРОШИЛОВА.

в) Далее Троцкий повторно обращал внимание ПЯТАКОВА и РАДЕКА на особое значение создания ячеек блока в составе Красной армии и требовал усиления этой работы.

Вопрос: Что еще вам известно о деятельности блока?

Ответ: ПЯТАКОВ мне передавал что в Красной армии имеется активная троцкистско-зиновьевская группа, которой он непосредственно руководит.

Видными участниками этой группы являются ПРИМАКОВ и ПУТНА.

Других лиц он мне не называл.

ПЯТАКОВ заявил, что в составе частей Ленинградского Военного Округа ПРИМАКОВЫМ создана ячейка организации и что, кроме того, в корпусе червонного казачества, командиром которого был одно время ПРИМАКОВ, у ПРИМАКОВА имеются верные единомышленники. 

О других фактах деятельности блока я дам показания дополнительно. –

 

СОКОЛЬНИКОВ.

 

ДОПРОСИЛИ: 

 

ЗАМ. НАЧ. ЭКО ГУГБ НКВД –
СТ. МАЙОР ГОСУДАРСТВ. БЕЗОПАСНОСТИ: – ДМИТРИЕВ

НАЧ. ОТД. ЭКО ГУГБ –
МАЙОР ГОСУДАРСТВ. БЕЗОПАСНОСТИ: – ЧЕРТОК.

 

Верно:

 

Оперуполном. СПО ГУГБ –
Ст. Лейтенант Государств. Безопасности: Светлов (СВЕТЛОВ)

 

 

РГАСПИ Ф. 671, Оп. 1, Д. 174, Л. 2-18.


[1] На самом деле – Григорий Самойлович.