Спецсообщение Н.И. Ежова И.В. Сталину с приложением протокола очной ставки между С.А. Ратайчаком и В.Ф. Логиновым и последующего допроса С.А. Ратайчака

 

СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО

СЕКРЕТАРЮ ЦК ВКП(б) –

тов. СТАЛИНУ

 

Направляю протокол показаний активного участника контрреволюционной троцкистской террористической организации бывшего начальника Главхимпрома НКТП СССР – РАТАЙЧАКА С.А.

Показаниями РАТАЙЧАКА устанавливается, что в химической промышленности существует созданная им по поручению троцкистского центра в лице ПЯТАКОВА троцкистская организация, которая занималась и вредительством.

Считая целесообразным в первую очередь произвести аресты следующих участников организации:

1. ГОЛОВАНОВА В.Н. – инженер Кемеровского Комбинатстроя, до этого работал в Главхимпроме;

2. ПАПКОВА В.В. [1]  – инженер Кемеровского Комбинатстроя, ранее работал в Главхимпроме;

3. ЮШКЕВИЧА Н.Ф. – беспартийный, главный инженер Главхимпрома;

4. КАЗИНИЦКОГО Е.К. – директор снаряжательного завода № 80, до этого работал заместителем РАТАЙЧАКА в Главхимпроме;

5. ПУШИНА Г.Е. – главный инженер Рионского азотно-тукового комбината, ранее работал в Главхимпроме.

 

НАРОДНЫЙ КОМИССАР ВНУТРЕННИХ
ДЕЛ СОЮЗА ССР: Ежов (ЕЖОВ)

 

16 октября 1936 года

 

58155

 

 

РГАСПИ Ф. 17, Оп. 171, Д. 244, Л. 162-163.


ПРОТОКОЛ ОЧНОЙ СТАВКИ

между обвиняемыми РАТАЙЧАКОМ Станиславом Антоновичем и ЛОГИНОВЫМ Владимиром Федоровичем и последующего допроса РАТАЙЧАКА.

произведена: 14-15 октября 1936 г.

 

Вопрос РАТАЙЧАКУ: С какого времени вы знаете ЛОГИНОВА?

Ответ: С 1929 года.

ВОПРОС ЛОГИНОВУ: Вы подтверждаете?

Ответ: Мы с РАТАЙЧАКОМ знакомы с октября 1928 года.

Вопрос РАТАЙЧАКУ: Правильно показывает ЛОГИНОВ?

Ответ: Да.

Вопрос ЛОГИНОВУ: При каких обстоятельствах вы познакомились с РАТАЙЧАКОМ?

Ответ: Вернувшись из Верхне-Удинска, я был направлен на работу в правление “Коксобензола” заместителем к РАТАЙЧАКУ. Это было в октябре 1928 года.

Вопрос ЛОГИНОВУ: Сколько времени вы работали вместе с РАТАЙЧАКОМ?

Ответ: До начала 1930 года.

Вопрос ЛОГИНОВУ: А где потом работал РАТАЙЧАК?

Ответ: В 1930 году РАТАЙЧАК перешел на работу в Москву заместителем председателя “Всехимпрома”, а я остался в Харькове председателем правления “Коксобензола”.

Вопрос ЛОГИНОВУ: Вы впоследствии встречались с РАТАЙЧАКОМ?

Ответ: В 1930 году и позже, когда РАТАЙЧАК работал в Москве я несколько раз бывал в Москве и встречался с ним.

Вопрос РАТАЙЧАКУ: Вы подтверждаете, что в 1930 году и после 1930 года вы встречались с ЛОГИНОВЫМ?

Ответ: Подтверждаю.

Вопрос ЛОГИНОВУ: Вы дали на следствии показания о том, что на протяжении ряда лет вели троцкистскую контрреволюционную работу. Знал РАТАЙЧАК об этом?

Ответ: Да. РАТАЙЧАК это знал.

Вопрос ЛОГИНОВУ: Откуда он это знал?

Ответ: Он видел мою самую тесную связь с ГОЛУБЕНКОЛИВШИЦЕМ, ВАСИЛЬЕВЫМ и целым рядом других троцкистов. Я от РАТАЙЧАКА не скрывал своей троцкистской работы, потому что знал его троцкистские убеждения.

Вопрос ЛОГИНОВУ: Откуда вы знали его убеждения?

Ответ: Мы неоднократно говорили с ним по вопросам коллективизации и индустриализации страны и РАТАЙЧАК высказывал такие же контрреволюционные троцкистские убеждения, какие высказывал и я.

Вопрос ЛОГИНОВУ: К какому времени относятся эти беседы?

Ответ: К 1930, 1931 г.г. и позже.

Вопрос РАТАЙЧАКУ: Были ли у вас с ЛОГИНОВЫМ беседы, в которых вы высказывали контрреволюционные троцкистские взгляды по вопросам коллективизации и индустриализации страны?

Ответ: У нас были разговоры о том, как проходит коллективизация. Разговоры эти были антипартийного характера; происходили в Москве.

Вопрос РАТАЙЧАКУЛОГИНОВ показывает о том, что вы совместно с ним вели контрреволюционные троцкистские разговоры по вопросам коллективизации и индустриализации страны. Подтверждаете вы это?

Ответ: Нет.

Вопрос РАТАЙЧАКУ: Есть ли у ЛОГИНОВА основание вас оговаривать?

Ответ: Нет, нет.

Вопрос РАТАЙЧАКУ: Были ли между вами какие-нибудь личные счеты, столкновения по службе?

Ответ: Нет.

Вопрос РАТАЙЧАКУЛОГИНОВ показывает, что с вами вместе в 1930-31 г.г. и позже он вел разговоры троцкистского контрреволюционного содержания. Скажите прямо, были такие разговоры?

Ответ: Повторяю, что таких откровенных разговоров в явно-троцкистском духе ЛОГИНОВ со мной не вел.

Вопрос ЛОГИНОВУ: Вы слышали – РАТАЙЧАК отрицает, что вы вели с ним контрреволюционные троцкистские разговоры. Правильно это?

Ответ: Я повторяю, что не только я высказывал троцкистские взгляды во время этих разговоров, но и РАТАЙЧАК говорил, что коллективизация проводится партией насильно, что это приведет и привело уже страну к огромнейшим затруднениям, а в дальнейшем приведет к краху; что индустриализация страны не имеет таких ресурсов, какие намечены партией и что поэтому политика партии в области индустриализации приведет страну к гибели. Утверждаю, что это почти подлинные слова РАТАЙЧАКА по этому вопросу.

Вопрос РАТАЙЧАКУ: Вы подтверждаете показания ЛОГИНОВА?

Ответ: Нет, отрицаю.

Вопрос РАТАЙЧАКУ: Что конкретно вы отрицаете?

Ответ: Отрицаю то, что эти разговоры имели такую острую форму, как об этом показывает ЛОГИНОВ. Были разговоры о том, как проводится коллективизация на селе, и о том, что проведение ее вызывает трудности. Само освещение коллективизации было непартийным.

Вопрос РАТАЙЧАКУ: Было направлено против партии?

Ответ: Да, было направлено против партии.

Вопрос РАТАЙЧАКУ: Вам было известно, что ЛОГИНОВ троцкист?

Ответ: Я знал, что ЛОГИНОВ в прошлом троцкист.

Вопрос РАТАЙЧАКУ: Вы знали, что ЛОГИНОВ троцкист и вели с ним антипартийные разговоры о коллективизации и индустриализации о решающих вопросах политики партии?

Ответ: Да. Разрешите привести в объяснение одно обстоятельство. В 1930 году ЛОГИНОВ проходил чистку. Он числился в той же партийной организации, где и я. После ряда вопросов ЛОГИНОВ категорически заявил, что он порвал со всем прошлым, что он камня за пазухой не держит, что он решил порвать со всей оппозицией и честно отдаться работе, честно выполнять поручения партии. Моя ошибка заключалась в том, что я ЛОГИНОВУ верил больше, чем нужно было. Я считал, что ЛОГИНОВ действительно раскаялся.

Вопрос РАТАЙЧАКУ: И поэтому вели с ним антипартийные разговоры?

Ответ: Нет, не поэтому.

Вопрос ЛОГИНОВА следователю: Разрешите мне задать вопрос РАТАЙЧАКУ?

Ответ: Задавайте.

Вопрос ЛОГИНОВА РАТАЙЧАКУРАТАЙЧАК заявил, что, выступая на чистке, я сказал о том, что порвал с оппозицией. В то же время РАТАЙЧАК (он это сейчас признал) вел со мной антипартийные разговоры. Чем же объяснить, что РАТАЙЧАК, выступая тогда на чистке, дал очень хорошую характеристику мне, говорил в защиту моего оставления в партии?

Вопрос РАТАЙЧАКУ: Вы выступили тогда?

Ответ: Я выступал тогда, и давал оценки отдельным членам партии.

Вопрос РАТАЙЧАКУ: Также и ЛОГИНОВУ?

Ответ: Очевидно, и ЛОГИНОВУ в том числе. Никакого специального выступления в отношении ЛОГИНОВА я не делал.

Вопрос ЛОГИНОВУ: Так это было?

Ответ: Я отчетливо помню, что во время прохождения моей чистки РАТАЙЧАК выступал по моей кандидатуре (и это вполне естественно, он не мог не выступить с той или иной характеристикой о своем заместителе), и я утверждаю, что РАТАЙЧАК выступил с положительной характеристикой и оценкой моей хозяйственной и партийной деятельности.

Вопрос ЛОГИНОВУ: Вы дали показания о том, что РАТАЙЧАК группировал около себя антипартийный элемент. Верно это?

Ответ: Да. РАТАЙЧАК взял на работу в систему треста “Кокс” НИКОЛАЕНКО.

Вопрос ЛОГИНОВУ: Кто такой НИКОЛАЕНКО?

Ответ: Это крупная фигура на Украине – член “рабочей оппозиции”. РАТАЙЧАК его знал по Житомиру, где НИКОЛАЕНКО работал председателем губисполкома. РАТАЙЧАК его знал как одну из наиболее видных фигур “рабочей оппозиции” на Украине.

НИКОЛАЕНКО не порвал со своими прошлыми взглядами. Несмотря на это РАТАЙЧАК взял его на работу и назначил заведующим московской конторой нашего треста “Кокс”.

Вопрос ЛОГИНОВУ: Откуда вам известно, что НИКОЛАЕНКО оставался на своих прежних позициях?

Ответ: Мне РАТАЙЧАК говорил, что НИКОЛАЕНКО по вопросам индустриализации и коллективизации целиком разделяет наши убеждения и РАТАЙЧАК считал нужным привлечь его к работе. РАТАЙЧАК заявил мне тогда, что НИКОЛАЕНКО с точки зрения деловой, хозяйственной, никакой ценности для работы не представляет, но поскольку он “свой человек”, его нужно взять к нам на работу. В результате, НИКОЛАЕНКО работал управляющим московской конторой “Кокс”.

Вопрос ЛОГИНОВУ: Это было в тот период, когда РАТАЙЧАК был управляющим “Кокса”?

Ответ: Да. А когда РАТАЙЧАК перешел на работу в качестве заместителя Наркомтяжпрома по химии, он забрал с собой НИКОЛАЕНКО и назначил его начальником большой химической стройки.

Вопрос РАТАЙЧАКУ: Вы подтверждаете, что приняли НИКОЛАЕНКО на работу начальника московской конторы “Кокс”?

Ответ: Да, подтверждаю.

Вопрос РАТАЙЧАКУ: Подтверждаете, что вы назначили его начальником химической стройки, когда возглавляли химическую промышленность в Наркомтяжпроме?

Ответ: Да, подтверждаю.

Вопрос РАТАЙЧАКУ: Вам известно, что НИКОЛАЕНКО принадлежал к рабочей оппозиции?

Ответ: Да, известно.

Вопрос РАТАЙЧАКУ: Вам было известно, что НИКОЛАЕНКО разделял антипартийные взгляды и в тот период времени, когда вы его взяли на работу?

Ответ: Мне известно, что НИКОЛАЕНКО за антипартийное поступки был исключен из партии, потом восстановлен. После восстановления в партии он был назначен мною начальником московской конторы “Кокса”. Он был человеком свихнувшимся, путаником, выступал на всех собраниях и всегда путал.

Вопрос РАТАЙЧАКУ: Вы знали, что у него антипартийные настроения, и тем не менее приняли его начальником московской конторы “Кокс”?

Ответ: Да.

Вопрос РАТАЙЧАКУ: Вы говорили ЛОГИНОВУ, что НИКОЛАЕНКО “свой человек”?

Ответ: Нет, не говорил.

Вопрос РАТАЙЧАКУ: Вы говорили ЛОГИНОВУ, что НИКОЛАЕНКО к работе не пригодный человек?

Ответ: Нет, не говорил, потому что он работник как раз неплохой.

Вопрос ЛОГИНОВА РАТАЙЧАКУ: А сейчас какую оценку вы даете ему, как работнику?

Ответ: Я считаю, что НИКОЛАЕНКО такой человек: если захочет работать, сможет работать.

Вопрос ЛОГИНОВУ: Вы подтверждаете, что РАТАЙЧАК действительно вам говорил о том, что НИКОЛАЕНКО с деловой, хозяйственной стороны ценности не представляет, но его нужно взять на работу, потому что он “свой человек”?

Ответ: Да, подтверждаю.

Вопрос ЛОГИНОВУ: Вы утверждаете, что РАТАЙЧАК говорил вам о том, что НИКОЛАЕНКО разделяет ваши и РАТАЙЧАКА взгляды о коллективизации и индустриализации страны?

Ответ: Да, об этом РАТАЙЧАК мне говорил в 1931 году.

Вопрос ЛОГИНОВУ: Вы дали показания о том, что вы являетесь участником контрреволюционной троцкистской организации. РАТАЙЧАК входил в эту организацию?

Ответ: Да.

Вопрос ЛОГИНОВУ: Откуда вам это известно?

Ответ: Когда я был в Москве у ПЯТАКОВА и получал от него задания по террористической работе, мне ПЯТАКОВ сказал что РАТАЙЧАК член троцкистской организации, что я могу с ним связаться, он с ним держит непосредственную связь и что им, ПЯТАКОВЫМ, поручено РАТАЙЧАКУ вести работу в промышленности.

Вопрос ЛОГИНОВУ: Когда это было?

Ответ: Весной 1934 года.

Вопрос ЛОГИНОВУ: Какие поручения ПЯТАКОВ давал вам в это время?

Ответ: Он тогда дал все основные установки троцкистской работы, в том числе и террористические. В то время ПЯТАКОВ установки по террору особенно четко выпячивал передо мной.

Вопрос ЛОГИНОВУ: Таким образом вы узнали о том, что РАТАЙЧАК является участником троцкистской организации от одного из руководителей этой организации – ПЯТАКОВА?

Ответ: Да. Но для меня это не было неожиданностью, поскольку я знал настроения РАТАЙЧАКА на протяжении ряда лет.

Вопрос ЛОГИНОВУ: С РАТАЙЧАКОМ вы установили непосредственную связь?

Ответ: Да. На следующий день после разговора с ПЯТАКОВЫМ я имел разговор с РАТАЙЧАКОМ (вообще я с ним в Москве часто встречался, как на службе, так и у него дома), и вот тогда я с ним установил организационную связь.

Вопрос РАТАЙЧАКУ: Подтверждаете ли вы, что ЛОГИНОВ в Москве часто вас видел?

Ответ: Подтверждаю.

Вопрос РАТАЙЧАКУ: Подтверждаете ли вы, что он вас видел как в служебной, так и в домашней обстановке?

Ответ: Подтверждаю.

Вопрос ЛОГИНОВУ: Какой разговор и при каких обстоятельствах вы вели с РАТАЙЧАКОМ?

Ответ: Я зашел к РАТАЙЧАКУ в Главхимпром, где он сказал, что ему от ПЯТАКОВА известна та роль, какую я выполняю на Украине, он знает от ПЯТАКОВА, что я являюсь одним из членов украинского троцкистского центра. Я ему передал свой разговор с ПЯТАКОВЫМ.

РАТАЙЧАК тогда заинтересовался, как мы развернули троцкистскую подпольную работу на Украине, в частности интересовался работой по Донбассу. Я ему сказал, что как раз работа по Донбассу наиболее слабо развернута, и что я получил от ПЯТАКОВА задание уделить Донбассу наиболее серьезное внимание.

РАТАЙЧАК мне заявил, что он со всеми установками полностью согласен, полностью принимает линию троцкистов на террор по отношению к руководителям ЦК и что другого выхода, кроме террористического акта против Сталина, он не видит.

Этот разговор был весной 1934 года у него в кабинете.

Вопрос ЛОГИНОВУ: Таким образом, вы утверждаете, что РАТАЙЧАК был в курсе террористической деятельности контрреволюционной троцкистской организации и одобрял линию троцкистов на террор?

Ответ: Да.

Вопрос РАТАЙЧАКУ: Подтверждаете вы это показание ЛОГИНОВА?

Ответ: Нет, отрицаю.

Вопрос ЛОГИНОВУ: Этим разговором исчерпались ваши взаимоотношения с РАТАЙЧАКОМ, как с участником троцкистской организации?

Ответ: Нет, я имел с ним также длительный разговор в 1935 году. Я помню, что приехал я в Москву по какому-то хозяйственному вопросу и позвонил РАТАЙЧАКУРАТАЙЧАК предложил мне зайти к нему. Я к нему зашел и тогда мы имели разговор, касающийся нашей троцкистской вредительской деятельности в промышленности.

РАТАЙЧАК передал мне установки, получаемые им от ПЯТАКОВА по вредительской работе в химии. РАТАЙЧАК сказал, что ПЯТАКОВ поставил вопрос о срыве развития азотной промышленности, дезорганизации всей этой работы, имеющей исключительное значение с точки зрения обороны.

Вопрос ЛОГИНОВУ: Еще о чем был тогда разговор?

Ответ: Мы тогда подробно касались вредительства в области коксохимии, говорили о том, что здесь есть возможность очень легко выполнить и провести в жизнь все указания, полученные от ПЯТАКОВА.

Вопрос ЛОГИНОВУ: Почему легко выполнить?

Ответ: Была намечена линия форсирования развития коксовых печей и срыва развития химических цехов. Эта работа проводилась при помощи члена контрреволюционной троцкистской организации ЯНОВСКОГО Г.А. таким образом, что химические цеха мы пускали на полтора-два года позже, чем коксопечи. В результате, все химические продукты летели в воздух.

Это было сделано в отношении ряда строек, по прямому поручению троцкистского центра. Мы сорвали пуск Ново-Макеевских химических цехов и Запорожских. Тогда же РАТАЙЧАК дал мне поручение такую же работу провести на Ново-Енакиевском, Мариупольском и Криворожском заводах.

Вопрос РАТАЧАЙКУ: Вы подтверждаете показание ЛОГИНОВА о том, что вы ему дали поручение вести подрывную работу на Ново-Енакиевском, Мариупольском и Криворожском заводах?

Ответ: Нет, отрицаю.

Вопрос ЛОГИНОВУ: Кроме вас, еще с кем-либо был связан на Украине РАТАЙЧАК?

Ответ: Он был еще связан с членом троцкистской организации – начальником Каменской синтезстройки ПУШКОВЫМ, к которому РАТАЙЧАК выезжал.

Вопрос ЛОГИНОВУ: Вы лично с ПУШКОВЫМ как с участником троцкистской организации были связаны?

Ответ: Нет.

Вопрос РАТАЙЧАКУ: Подтверждаете вы показания ЛОГИНОВА о вашей связи с ПУШКОВЫМ?

Ответ: Подтверждаю, что был у ПУШКОВА, но никаких контрреволюционных разговоров и никакой контрреволюционной связи с ним не имел.

Вопрос РАТАЙЧАКА ЛОГИНОВУ: Чем объясняются неоднократные разговоры ЛОГИНОВА со мною о том, что ПЯТАКОВ очень плохо относится к ЛОГИНОВУ?

Ответ ЛОГИНОВАРАТАЙЧАК должен знать, что я исключительно в целях конспирации никогда не афишировал своих близких отношений с ПЯТАКОВЫМ и намеренно создавал представление об очень слабой связи с ПЯТАКОВЫМ, редких встречах с ним. ПЯТАКОВ предложил мне держать связь с РАТАЙЧАКОМ и избегать связи с ним, так как это необходимо для зашифровки действительных моих отношений с ПЯТАКОВЫМ. От РАТАЙЧАКА скрывать мою связь с ПЯТАКОВЫМ мне не было нужды, так как оба мы входили в троцкистскую организацию и оба знали об этом.

 

Очная ставка прерывается.

 

Ответы на поставленные нам вопросы записаны с наших слов верно, нами прочитаны:

 

ЛОГИНОВ                                                             РАТАЙЧАК

 

Продолжается допрос РАТАЙЧАКА.

 

Вопрос: Вам сейчас была сделана очная ставка с ЛОГИНОВЫМЛОГИНОВ показал о вашем участии в контрреволюционной троцкистской организации и подтвердил свои показания на очной ставке с вами. Против вас имеются серьезные улики. Признаете вы свое участие в этой организации?

Ответ: ЛОГИНОВ обрабатывал меня для того, чтобы вовлечь в троцкистскую организацию.

Вопрос: В чем заключалась обработка вас ЛОГИНОВЫМ?

Ответ: Начиная с 1929-1930 года, у меня с ЛОГИНОВЫМ были неоднократные беседы антипартийного характера – по вопросам политики партии. ЛОГИНОВ отрицательно оценивал линию партии на индустриализацию страны. Говорил о том, что партия с этой задачей не справится при имеющихся ограниченных материальных ресурсах, что при такой программе строительства в стране, которое намечено по первой пятилетке, приходится экспортировать огромное количество продуктов; страна остается голодной; крах неизбежен. В таком же духе он оценивал коллективизацию сельского хозяйства; пересыпал свои высказывания насмешкой, прямым издевательством по адресу Центрального Комитета партии. Его разговоры о коллективизации носили гнусный контрреволюционный характер.

Вопрос: Какова была ваша роль в этих разговорах? 

Ответ: Я участвовал в них.

Вопрос: Вы были согласны с ЛОГИНОВЫМ?

Ответ: Я не возражал ему.

Вопрос: Почему ЛОГИНОВ вел с вами контрреволюционные разговоры, не опасаясь вас? Ему были известны ваши настроения?

Ответ: Да, он видел, что я разделяю его настроения и взгляды.

Вопрос: Следовательно, эти троцкистские контрреволюционные разговоры имели не односторонний характер. Вы лично активно участвовали в них?

Ответ: Да. Дело в том, что эти наши беседы были троцкистской обработкой меня со стороны ЛОГИНОВА, в процессе которых он вначале прощупывал меня. Эти беседы послужили основанием рассчитывать на мое вхождение в троцкистскую организацию.

Вопрос: ЛОГИНОВ обрабатывал вас с целью вовлечения в контрреволюционную троцкистскую организацию?

Ответ: Да, несомненно. ЛОГИНОВ вел со мною антипартийные беседы, постепенно доводя их до прямых контрреволюционных разговоров. Это все происходило, начиная с 1929-30 года.

Вопрос: Однако все это относится к области контрреволюционных разговоров. Вы скажите прямо, состояли в троцкистской организации?

Ответ: Да, я входил в состав троцкистской организации, вел по ее заданиям контрреволюционную работу и хочу сейчас дать искренние, правдивые показания об этом.

Вопрос: Когда вы вошли в организацию?

Ответ: Я был привлечен в начале 1934 года.

Вопрос: Кто вовлек вас в контрреволюционную троцкистскую организацию?

Ответ: ПЯТАКОВ.

Вопрос: Как это произошло?

Ответ: О том, что ПЯТАКОВ ведет скрытую контрреволюционную работу, я стал подозревать еще в 1933 году. Подозрения эти возникли в связи с вопросом о строительстве по линии химической промышленности предприятий, имеющих оборонное значение, как то: пороховых, снаряжательных и других заводов. На этот счет было специальное решение Совета Труда и Обороны. ПЯТАКОВ явно для меня свертывал объем строительства. Мимо меня в этом вопросе он пройти не мог, поэтому у меня с ним были разговоры, в которых я ему указывал, что это свертывание объема строительства означает срыв выполнения задания правительства. ПЯТАКОВ мне заявил, чтобы я бросил заниматься возней вокруг этого вопроса, денег на строительство он все равно не даст, – оскорбительно отозвавшись при этом о решении правительства. Поведение ПЯТАКОВА мне показалось странным.

Вопрос: Вы сообщали кому-либо о своих подозрениях?

Ответ – Нет, не сообщал. Я возобновил свой разговор на эту тему с ПЯТАКОВЫМ уже при иной обстановке. В начале 1934 года мы вместе с ПЯТАКОВЫМ ездили на Сталиногорский

комбинат. Ехали в вагоне Сталиногорского химкомбината, вместе в купе. В дороге я говорил ПЯТАКОВУ, возвращаясь к тому же вопросу о строительстве объектов оборонного значения, что мы фактически срываем важнейшие решения правительства по оборонным стройкам. ПЯТАКОВ вначале предлагал мне бросить этот разговор, выпить с ним на брудершафт, создавал интимную обстановку в разговоре. В результате длительных разговоров ПЯТАКОВ совершенно определенно дал мне прямое задание вести работу на срыв оборонного строительства в химической промышленности. Он мне сообщил, что троцкистская организация ведет подрывную работу в промышленности и что мне предстоит осуществить ряд вредительских мероприятий, в первую очередь, по срыву оборонного строительства в химической промышленности. ПЯТАКОВ при этом сказал, что срывом ряда основных мероприятий партии и советской власти в области промышленности троцкистская организация ставит себе задачей дискредитацию ЦК ВКП(б) и советской власти. Так как лично у меня были, как я уже показал, антипартийные троцкистские настроения, ПЯТАКОВ не встретил с моей стороны возражений. Для меня было все ясно. Все, что он сказал мне, я принял как директиву для своей работы в химической промышленности, о чем и сообщил ему тогда же.

Вопрос: Чем вы объясняете, что ПЯТАКОВ так откровенно говорил с вами?

Ответ: Мне было ясно, что он знает мои настроения через ЛОГИНОВА, поэтому ему нечего было опасаться меня.

Вопрос: Вы приняли поручение ПЯТАКОВА вести подрывную работу в химической промышленности. Кого вы привлекли в организацию?

Ответ: Я привлек для вредительской работы в химической промышленности: ГОЛОВАНОВА В.Н. – главного инженера Гипроазота, сейчас главный инженер Кемеровского комбинатстроя; ПАПКОВА – начальника конструкторского бюро Гипроазота; ПУШИНА Г.Е. – главного инженера азотного отдела, сейчас главный инженер Рионского азотно-тукового комбината; КАЗИНИЦКОГО – директора 8-го завода, бывший мой помощник по военной химии; ЮШКЕВИЧА – главного инженера Главхимпрома.

Вопрос: Какую роль играли эти лица в подрывной работе, которую вы вели по директиве троцкистской организации?

Ответ: Они все выполняли прямые мои задания по срыву строительств, мероприятий правительства в области химии, по замазыванию действительного положения вещей и т.п.

Вопрос: Они знали, что вы состоите в троцкистской организации?

Ответ: Я им этого не говорил.

Вопрос: Как же вы привлекли их к подрывной работе?

Ответ: Все эти лица были настроены враждебно, контрреволюционно. Мне известно было, кроме того, что ГОЛОВАНОВПАПКОВ – вредители, арестовывавшиеся ранее, ЮШКЕВИЧ – родственник белогвардейца МЕРКУЛОВА; я мог положиться на них и привлек их для выполнения подрывной работы.

Вопрос: Скажите яснее: входили эти лица в состав организации?

Ответ: Да, входили. Я их привлек в организацию. Все они вели подрывную работу, выполняя мои задания. Каждый из них знал, что участвует в контрреволюционной организации, ведущей серьезную борьбу с советской властью. Дело лишь в том, что я их не посвящал в свою контрреволюционную связь с троцкистами, с ПЯТАКОВЫМ. Я не считал возможным это делать по соображениям конспирации. Об этом они могли лишь догадываться, за исключением КАЗИНИЦКОГО и ПУШИНА, которые были близки с ПЯТАКОВЫМПЯТАКОВ считал их ценными людьми, о чем говорил мне. Все они были связаны непосредственно со мною.

Вопрос: Когда Вам ПЯТАКОВ поручил вести работу на срыв химической промышленности, он дал вам конкретные указания?

Ответ: Он дал общую установку, что нужно вести работу таким путем, чтобы срывать строительство, в первую очередь, по военной химии, по объектам, имеющим оборонное значение. Конкретно он давал указания в каждом отдельном случае.

Вопрос: В чем выражалась ваша практическая подрывная работа, проводившаяся по заданиям ПЯТАКОВА?

Ответ: В 1933 году было постановление правительства о программе строительства новых химических заводов, имеющих оборонное значение, и расширении действующих предприятий. Причем по каждому заводу была точно установлена мощность завода и срок окончания стройки. Для этой цели были отпущены в 1933 году соответствующие средства. Начиная с 4-го квартала 1933 года ПЯТАКОВ средства, отпущенные правительством для этой цели, сократил, использовав их для других отраслей промышленности. При установлении плана строительства 1934 года ПЯТАКОВ предложил мне план пересоставить, установив ассигнования таким образом на новое строительство, чтобы основные стройки, предусмотренные этим постановлением, заведомо были сорваны. Так, этим постановлением было предусмотрено строительство заводов взрывчатых веществ на Березниках – объект 1012, строительство в Перми, строительство Кемеровского завода – снаряжательного цеха и “ОВ”, Горловского тротилового завода, а также начало строительства новых снаряжательных заводов в Брянске и в Сталине. Строительство указанных объектов в 1934 г. было сорвано.

Вопрос: Привлекли ли вы кого-либо для выполнения этого задания?

Ответ: Все это было сделано мною совместно с КАЗИНИЦКИМ.

Вопрос: Какие задания вы давали КАЗИНИЦКОМУ в связи с проведением срыва строительства этих заводов?

Ответ: КАЗИНИЦКОМУ мною давалось задание, и им это задание было выполнено, пересоставить план с таким расчетом, чтобы он исключал окончание строительства этих заводов в срок, установленный правительством.

Вопрос: Что именно было сделано КАЗИНИЦКИМ при пересоставлении плана строительства для того, чтобы сорвать эти стройки?

Ответ: Пересоставление плана заключалось в том, что по указанным мною объектам строительства были сделаны такие сокращения ассигнований, которые предопределили срыв строительной программы 1934 года.

Вопрос: Когда было проведено пересоставление плана? 

Ответ: В марте месяце 1934 года.

Вопрос: Какими документальными данными вы можете подтвердить свои показания?

Ответ: Первым планом, составленным в январе месяце 1934 года в полном соответствии с решением правительства от 1933 года, и вторым, составленным в марте месяце того же года по заданию ПЯТАКОВА, в котором видны все произведенные с целью вредительства сокращения ассигнований и изменения в титулах, предопределившие срыв строительства перечисленных мною заводов в 1934 году.

Вопрос: Какие вами были проведены другие вредительские мероприятия?

Ответ: Нами была проведена еще работа по срыву строительства пороховых заводов. Срыв этот был проведён следующим образом: проекты заводов несколько раз нами менялись, заведомо осложнялись поисками новой технологии, в то время когда заводы нужно было строить по старой принятой схеме. Все это, естественно, оттягивало срок окончания проектирования пороховых заводов.

Вопрос: Когда это было? 

Ответ: В 1934 году.

Вопрос: Строительство каких пороховых заводов вами было сорвано?

Ответ: Заводов К-100 и 101. По этим заводам строительство производственных объектов было задержано на несколько месяцев.

Вопрос: Кто принимал участие в проведении этого вредительского мероприятия?

Ответ: КАЗИНИЦКИЙ.

Вопрос: Конкретно в чем выразилась его роль?

Ответ: В умышленной затяжке составления, утверждения и выдачи стройкам проектов.

Вопрос: Каким образом КАЗИНИЦКИЙ достигал затяжки утверждения и выдачи стройкам проектов?

Ответ: КАЗИНИЦКИЙ по моему заданию, под видом поисков новой технологии, составленные проекты браковал и возвращал их обратно для пересоставления. Это может быть подтверждено протоколами экспертных совещаний при КАЗИНИЦКОМ за 1934 год.

Вопрос: Вы показали о вредительской работе в области порохов по новостройкам. Какие разрушительные работы были вами проведены на действующих заводах?

Ответ: По действующим заводам подрывная работа заключалась в том, что на этих заводах создавались разрывы между мощностями отдельных цехов. Так, одни цеха имели мощность, большую чем предусмотрено постановлением правительства; зато в других цехах, без которых завод работать не может, мощности были значительно меньше. В результате заводы такой мощности, которая для них определена постановлением правительства, не имели.

Вопрос: Вы говорите, создавались разрывы мощностей между отдельными цехами. Кто это создавал?

Ответ: Это создавалось совершенно недопустимой работой руководства заводов и трестов, причем наша роль заключалась в том, что мы это прикрывали.

Вопрос: Когда это было?

Ответ: Это было на протяжении 1934-1935 г.г.

Вопрос: По каким заводам это было сделано?

Ответ: По 40-му заводу в Казани и 25-му заводу в Тамбове.

Вопрос: Вы скрывали ненормальное положение на этих заводах в течение 1934 и 1935 г.г.?

Ответ: До тех пор, пока это не было вскрыто комиссиями, посланными Наркомом тяжелой промышленности в середине 1935 года на указанные мною заводы, о чем были составлены акты, хранящиеся в делах Наркомтяжпрома.

Вопрос: Продолжайте дальше ваши показания?

Ответ: Также по прямому заданию ПЯТАКОВА было сорвано строительство ряда цехов по производству отравляющих веществ, причем каждый раз в отношении отравляющих и дегазирующих веществ ПЯТАКОВ давал прямую директиву, чтобы вопросами “ОВ” и “ДВ” не заниматься.

Вопрос: Кому ПЯТАКОВ дал эту директиву?

Ответ: Мне.

Вопрос: Когда это было?

Ответ: В 1934 году.

Вопрос: Каким образом было выполнено это задание ПЯТАКОВА?

Ответ: Строительство по “ОВ” и “ДВ” было сорвано тем, что из планов строительства эти стройки прямо вычеркивались.

Вопрос: По каким предприятиям было сорвано строительство цехов по “ОВ” и “ДВ”?

Ответ: Цех “ОВ” при Славянском содовом заводе и цех “ДВ” при Пермском фосфатном заводе. Цеха при этих заводах в результате проведенного нами вредительства не построены до сих пор.

Вопрос: В каких направлениях велась Вами подрывная работа помимо того, что вы уже показали?

Ответ: В области азотного строительства.

Вопрос: Что вами было сделано в области азотного строительства?

Ответ: Постановлением правительства от 1934 года была предусмотрена большая программа по развитию азотной промышленности как за счет расширения действующих предприятий, так и путем постройки новых заводов. Подрывная работа здесь выражалась в том, что строительство новых комбинатов не было начато своевременно в силу отсутствия проектов, причем некоторые проекты нами задерживались исключительно путем внесения изменений в состав комбинатов. Так, конкретно по Сталиногорску – постановлением правительства предусматривалось доведение мощности этого комбината до 90.000 тонн, и на эту мощность был составлен проект. Вместо того, чтобы развернуть полностью стройку, ПЯТАКОВ дал прямое задание переделать проект под видом расширения Сталинегорского завода до 100-120.000 тонн, и тем самым сорвать строительство.

Вопрос: Что этим путем было достигнуто?

Ответ: Этим путем было достигнуто то, что работы по строительству полностью осуществляться не могли из-за отсутствия законченных проектов. Этим было создано затруднение в отношении проведения строительных работ и получения оборудования.

Вопрос: ПЯТАКОВ вам дал это задание?

Ответ: Да.

Вопрос: Когда это было?

Ответ: В 1935 году.

Вопрос: Вы самостоятельно его осуществляли?

Ответ: Мною было дано задание провести эту работу ГОЛОВАНОВУ и ПУШИНУ.

Вопрос: Что они сделали во исполнение вашего задания?

Ответ: Они задержали окончание проектов по старой мощности и этим фактически задержали строительство на площадке. В подтверждение этого факта могу сослаться на первый и второй, окончательный, проект увеличения мощности Сталиногорского комбината, которые должны быть в Наркомтяжпроме.

Вопрос: На какой срок было задержано завершение строительства по Сталиногорскому химкомбинату?

Ответ: Больше чем на полгода.

Вопрос: Были ли вами проведены какие-либо другие подрывные работы по этому химкомбинату?

Ответ: Были. Этим же постановлением правительства предусматривалось строительство заводом непосредственной газификации углей, для определения возможности газификации низкосортных углей в Сталиногорске строилась опытная установка по проекту, своевременно разработанному Особым конструкторским бюро (ОКБ). Нужно было максимально форсировать строительство этой установки, так как в зависимости от работы ее должен был строиться Лисичанский комбинат. Однако при осуществлении плана строительства в 1934-1936 г. по заданию ПЯТАКОВА работы по окончанию этой опытной установки не были обеспечены финансированием.

Вопрос: Кому это задание дал ПЯТАКОВ?

Ответ: Мне.

Вопрос: Продолжайте дальше.

Ответ: Больше того, ПЯТАКОВ мне дал прямое указание, что этой установкой заниматься не следует; для того, чтобы ее сорвать, несколько раз пересматривался проект даже в процессе стройки.

Вопрос: Кто пересматривал?

Ответ: Проект этой опытной установки пересматривали по моему заданию ЮШКЕВИЧ совместно с ПУШИНЫМГОЛОВАНОВЫМ и ПАПКОВЫМ. Это привело к тому, что стройка этой установки была сорвана, а, следовательно, и использование низкосортных углей для получения азота. В Наркомтяжпроме должны быть документы, подтверждающие нашу вредительскую работу по опытной установке: первое – титульный список по Сталиногорскому комбинату на 1935 год, по которому видно, что вместо необходимых 48 млн. рублей на окончание этой установки фактически ассигновано 10 млн. рублей, и второе – протоколы экспертных совещаний при ЮШКЕВИЧЕ за 1935 год по рассмотрению и утверждению проекта этой установки.

Вопрос: Вы показали о подрывной работе, проведенной вами лично и лицами, специально привлеченными для этой цели. Известна ли вам подрывная работа, проводившаяся другими лицами, с которыми непосредственно в этой работе вы не были связаны?

Ответ: Известна.

Вопрос: Что именно?

Ответ: По “ОВ” и “ДВ” в 1934 году нами была получена докладная записка т. КУЙБЫШЕВА, в которой указывалось на срыв работы по отравляющим и дегазирующим веществам. Ответ на эту записку составляли я и КАРЖЕВСКИЙ, помощник начальника мобилизационного отдела Наркомтяжпрома. В нашей ответной записке как я, так и КАРЖЕВСКИЙ осветили совершенно неправильно фактическое состояние по “ОВ” и “ДВ”, причем во всей записке было ложно представлено фактическое состояние мощностей по отравляющим и дегазирующим вещества.

Вопрос: В чем это заключалось?

Ответ: В этой записке мы сознательно показали мощности по отравляющим и дегазирующим веществам, не имевшиеся еще к моменту составления записки.

Вопрос: Следовательно, вы дали заведомо неправильную информацию, извратив действительное положение вещей?

Ответ: Да.

Вопрос: Вы это сделали совместно с КАРЖЕВСКИМ?

Ответ: Да.

Вопрос: Для чего вы это сделали?

Ответ: Для того, чтобы скрыть фактическое положение вещей.

Вопрос: Вы получили по этому поводу от кого-либо задание?

Ответ: Нет.

Вопрос: Вы сделали это по своей инициативе?

Ответ: Да.

Вопрос: КАРЖЕВСКИЙ входил в состав организации?

Ответ: Не знаю.

Вопрос: Почему же он принял участие в замазывании действительного положения вещей?

Ответ: Мне неизвестно, состоял ли он в организации, но по этому поступку, освещающему ложно фактическое положение по оборонным объектам, можно сделать вывод, что КАРЖЕВСКИЙ несомненно по чьему-то заданию работал.

Вопрос: Вам это стало ясно после того, как КАРЖЕВСКИЙ принял участие в составлении ложной записки?

Ответ: Да. Я видел это не только по этой записке, но и по ряду действий КАРЖЕВСКОГО, заключавшихся в том, что при составлении материалов о существующих мощностях по оборонным объектам КАРЖЕВСКИЙ всегда при<у>крашивал или замазывал фактическое состояние. КАРЖЕВСКИЙ был очень близок к ПЯТАКОВУ.

Вопрос: О каких других лицах Вам известно как о людях, которые вели ту или иную подрывную работу в химической промышленности?

Ответ: О НОРКИНЕ – начальнике строительства Кемеровского химкомбината; КАРЦЕВЕ – главном инженере Кемеровского строительства; о ЧЕКИНЕ – директоре института азота; о ЛИБЕНЗОНЕ, ТРИФОНОВЕ – в Сталинегорском комбинате и об АСИНОВСКОМ – на Горловском химкомбинате.

Вопрос: На основании чего вам известно, что эти лица вели вредительскую работу?

Ответ: На основании фактов, которые мне пришлось наблюдать в связи с работой этих лиц.

Вопрос: Каких именно?

Ответ: НОРКИН и КАРЦЕВ средства, отпускаемые на строительство Азотного комбината в Кемерове, использовывали для других целей, а именно – для строительства гор. Кемерово, разведки по нефти, железнодорожного строительства и др<угого> и этим самым оттягивали окончание строительства по азоту. Больше того, средства, отпускаемые на строительство чисто оборонных объектов, также ими использовывались не по прямому назначению. ЧЕКИНУ как директору института азота было поручено провести научно-исследовательские и опытные работы по газификации низкосортных углей, получению концентрированных азотных удобрений, переход на высокое давление. Фактически за все время своей деятельности как директора института азота он совместно с ГОЛОВАНОВЫМПАПКОВЫМ и ПУШИНЫМ никакой работы не провел и не закончил. По вине ЛИБЕНЗОНА и ТРИФОНОВА один из основных цехов Сталиногорского химкомбината (генераторный цех) был доведен до разрушения. АСИНОВСКИЙ – по Горловке: по его вине на Горловке имело место несколько взрывов, разрушавших оборудование завода.

Вопрос: Вам было известно, что эти люди участвуют в контрреволюционной троцкистской организации? 

Ответ: Нет.

Вопрос: Вам было известно настроение этих людей? 

Ответ: Мне известны настроения этих лиц, за исключением НОРКИНА и АСИНОВСКОГО. Они были настроены контрреволюционно.

Вопрос: Откуда вам это известно?

Ответ: Из разговоров с этими людьми.

Вопрос: Кто еще входил в контрреволюционную троцкистскую организацию?

Ответ: Я не знаю.

Вопрос: Вы назвали не всех известных вам лиц, участвовавших в организации. Материалами следствия установлено, что кроме названных вами лиц вы знали еще целый ряд лиц, входивших в организацию. Назовите всех известных вам лиц, участвовавших в контрреволюционных троцкистской организации?

Ответ: Других лиц, входивших в контрреволюционную троцкистскую организацию помимо тех, о которых я показал, я не знаю.

 

Ответы на поставленные мне вопросы записаны с моих слов верно, мною прочитаны – 

 

РАТАЙЧАК.

 

Допросили:

 

НАЧ. ЭКО ГУГБ НКВД СССР –
КОМИССАР ГОСУД. БЕЗОПАСНОСТИ 2 РАНГА: МИРОНОВ

ПОМ. НАЧ. ЭКО ГУГБ НКВД СССР –
КАПИТАН ГОСУДАРСТВ. БЕЗОПАСНОСТИ: ГАЗОВ

НАЧ. 5 ОТД. ЭКО ГУГБ НКВД –
КАПИТАН ГОСУДАРСТВ. БЕЗОПАСНОСТИ – БРИЛЬ.

 

Верно:

 

СТАРШИЙ ИНСПЕКТОР УАО ГУГБ – Голанский (ГОЛАНСКИЙ)

 

 

РГАСПИ Ф. 17, Оп. 171, Д. 244, Л. 164-194.


[1] Здесь и далее в тексте ошибочно – “Попков”.