Спецсообщение Я.С. Агранова И.В. Сталину с приложением заявления А.Н. Слепкова и справки по его делу

 

[Штамп: размножено: 20.VIII 1934 г.

55 экз. (подпись) Мишустина]

 

[Штамп: Разосланы 20.VIII 1934 г.

П 864]

 

 

СОВ<ЕРШЕННО> СЕКРЕТНО

 

СЕКРЕТАРЮ ЦК ВКП(б)

тов. СТАЛИНУ.

 

Направляю Вам копию заявления политзаключенных СЛЕПКОВА А.Н. и МАРЕЦКОГО Д.П. и справки по их делам.

 

ЗАМ. ПРЕД. ОГПУ: Я. Агранов (АГРАНОВ)

 

5 августа 1934 г.

 

30208

 

[Резолюция И. Сталина: В ПБ. И. Сталин]

 

РГАСПИ Ф. 17, Оп. 171, Д. 190, Л. 127.


Подлежит возврату во II часть ОС ЦК ВКП(б)

СТРОГО СЕКРЕТНО

 

Пролетарии всех стран, соединяйтесь!

ВСЕСОЮЗНАЯ КОММУНИСТИЧЕСКАЯ ПАРТИЯ (БОЛЬШЕВИКОВ).

ЦЕНТРАЛЬНЫЙ КОМИТЕТ.

№ П864                                  20 августа 1934 г.

 

ЧЛЕНАМ И КАНДИДАТАМ ПОЛИТБЮРО: т.т. Андрееву, Ворошилову, Кагановичу, Калинину, Кирову, Косиору Ст., Куйбышеву, Микояну, Молотову, Орджоникидзе, Петровскому, Постышеву, Рудзутаку, Сталину, Чубарю.

Тов. Жданову.

 

По поручению т. Сталина посылаются Вам для ознакомления заявления Слепкова и Марецкого от 19.VII.34 г.

 

Приложение: экз. № ____ на 9 листах.

 

ЗАМ. ЗАВ. СО ЦК ВКП(б)

 

 

РГАСПИ Ф. 17, Оп. 171, Д. 191, Л. 125.


т. Кагановичу

 

Эти записки передал т. Сталин. Жду вашего распоряжения о постановке в повестку и рассылке членам политбюро.

 

Б. Двинский.

 

[Резолюция Л. Кагановича: Согласен]

 

РГАСПИ Ф. 17, Оп. 171, Д. 191, Л. 126. Автограф.


[Штамп: размножено: 20.VIII 1934 г.

55 экз. (подпись) Мишустина]

 

[Штамп: Разосланы 20.VIII 1934 г.

П 864]

 

 

ГЕНЕРАЛЬНОМУ СЕКРЕТАРЮ ЦК ВКП(б)

т. Сталину

 

Ко времени XVII съезда партии мною было подано в ЦК и ЦКК ВКП(б) заявление, в котором я дал развернутую оценку своей антипартийной деятельности, приведшей к исключению меня из рядов ВКП(б) и с необходимостью навлекшей на меня репрессивные мероприятия со стороны соответствующих органов пролетарской диктатуры. Партколлегия КПК в своем ответе указала, что мое заявление не может быть рассмотрено ввиду тяжких преступлений, совершенных мною по отношению к партии. Я ни в какой мере не могу оспаривать того, что мои преступления против партии действительно тяжелы, и если я не дошел до тех махрово-антисоветск4их позиций, которые, например, позволил себе защищать Рютин, то ясно вместе с тем, что моя позиция была безусловно антипартийной, антикоммунистической и контрреволюционной. Но, признавая это, я, однако, должен отметить, что я никак не могу признать себя просто потерянным для социалистического строительства, ибо я не вижу содержания в жизни вне участия в борьбе за коммунизм.

Совершив столь серьезные ошибки, которые привели меня на путь преступлений против партии, я уже около 2-х лет нахожусь в состоянии “отрезанного ломтя”, в то время как в стране – партия и трудящиеся массы под Вашим твердым и славным руководством творят великое историческое дело.

Нет ничего мучительнее, как чувствовать себя в такое время, в эту революционную эпоху, вне рядов борцов за социализм; никакое сознание не может быть столь горьким, как это, для человека, пережившего глубокий моральны         й, идейный, политический перелом, осмыслившего свои заблуждения и желающего на деле доказать искренность и серьезность окончательного разрыва со своим антипартийным прошлым.

Я обращаюсь к Вам с тяжелым сознанием того, что, влекомый логикой фракционной борьбы, я заострял последнюю именно против Вас как действующего вдохновителя партийной политики и вождя партии. И если после этого я разрешаю себе теперь обратиться к Вам лично, то это в силу того, что я действительно пережил трудную полосу переоценки ценностей и осознал полностью всю серьезность своей вины перед партией и Вами как ее вождем лично; осознал всю гибельность того пути, на котором я стоял, безусловную верность генеральной лини партии и полное банкротство тех позиций, которые я бесславно защищал в течение ряда лет.

Я прошу Вас оказать мне содействие в получении возможности на любой работе доказать, что я еще могу быть полезным делу коммунизма и заработать утерянное доверие партии и Ваше личное доверие, чтобы его больше не терять.

 

Бывший член партии А. Слепков. [1]

 

Верхне-Уральский политизолятор

19.VII (июля) 1934 г.

 

Верно: нрзб

 

 

РГАСПИ Ф. 17, Оп. 171, Д. 191, Л. 128-129. Машинописная копия.
РГАСПИ Ф. 17, Оп. 171, Д. 191, Л. 93-94. Автограф.


СОВ<ЕРШЕННО> СЕКРЕТНО.

СПРАВКА

 

СЛЕПКОВ Александр Николаевич, 1899 г. рождения, окончил ИКП, бывший член ВКП(б) с 1917 г. В 1930 г. исключен из партии за принадлежность к правому уклону. В 1932 г. вторично исключен из партии за содействие к.-р. группе РЮТИНА.

В октябре 1932 г. был выслан Коллегией ОГПУ в гор. Тару сроком на ТРИ года по делу к.-р. группы РЮТИНА.

Руководитель организации правых.

СЛЕПКОВ, двурушнически декларируя свой отход от оппозиции, продолжал собирать и организовывать кадры к.-р. организации. В этих целях он, часто меняя свое местожительство, везде завязывал связи (Самара, Саратов) и создавал группы организации, центральными руководителями которой были СЛЕПКОВ, ПЕТРОВСКИЙ, МАРЕЦКИЙ.

В августе 1932 года в Москве СЛЕПКОВЫМ была созвана нелегальная конференция правых, на которой обсуждалось политическое и хозяйственное положение СССР, вопросы Коминтерна и очередные задачи подпольной организации. СЛЕПКОВ выдвигал вопрос о возможности заключения блока с троцкистами, разделяющими программные установки правых.

На следствии СЛЕПКОВ сознался и дал откровенные показания.

Постановлением Коллегии ОГПУ от 16/IV-33 г. заключен в политизолятор сроком на ПЯТЬ лет.

 

ПОМ. НАЧ. СЕКР.-ПОЛИТ. ОТДЕЛА ГУГБ: Рутковский (РУТКОВСКИЙ)

 

 

РГАСПИ Ф. 17, Оп. 171, Д. 191, Л. 130.


[1] 13 декабря 1934 г. Партколлегия КПК отказала А. Слепкову в удовлетворении его заявления о восстановлении в рядах ВКП(б), сочтя данное заявление неудовлетворительным.