№ 63
3.XI.31
Милый мой Папочка,
1. Посылаю тебе – à titre d’information – мое письмо грекам. Они требуют форсирования вопроса о Спартакосе, т.е. исключения Сп[артакоса] из Интернац[иональной] левой. Я очень мало в курсе дела, а обличительный материал их не показался мне убедительным. Во всяком случае, совершенно ненормальное положение: две находящиеся в острой борьбе группы являются – формально, по крайней мере, – членами лев[ой] оппоз[иции]. I[nternational] Секрет[ариат] 20/8 вынес решение разработать срочно вопрос, но продолжения это дело не имело (судя по протоколам). Я написал Миртосу: “Жаловаться” на Л.Д., что он не пишет – это да, а S.I. не делает основной своей работы; беспечно запустили Грецию.
Греки крайне недовольны Миртосом за его position equivoque. Мне он также избегает писать по “острым” вопросам, по поводу чего я ему написал, что он этим, во всяком случае, не содействует разъяснению вопроса.
Прилагаю нагловато-глупое письмо Felix’а (приятеля Милля). Все искажено, перепутано. А каким тоном маленький Феликс разговаривает с греческ[ой] оппоз[ицией]!! Т.к. интриги Милль-Феликс принимают интернац[иональные] размеры, я счел себя вправе послать грекам твое письмо Сузо. Феликсу я дал отпор (резкий) в письме к Миртосу.
Прилагаю информацию греков. На днях пошлю тебе еще греческ[ие] материалы, хотя и нет никакой надежды, что ты с ними ознакомишься. Из письма Фел[икса], между прочим, вытекает, что к Миллю ходила “делегация” (Франк). Подобные примирительные маневры очень в духе R[aymond Molinier]. Я его отчитал.
______________
Какого ты мнения – à priori – в отношении Спартакоса?
______________
2. Сегодня получаю от Шахтмана письмо, что он выезжает в 2-хмесячный отпуск в Париж. В связи с тем, что я ему теперь нужен, он обещает “урегулировать” вопрос о русск. Бюллетене… Все это меня основательно раздражает: Андраде путешествует по Европам, а денег на Soviet – нет; Шахтм[ан] путешествует также, а денег (т. е. долг) Бюллет[еню] не отдает. Вместо увеселительной поездки он бы куда лучше сделал, передав сумму – испанцам. С одной стороны, ему следует написать, чтоб проинформировать, с другой стороны, я не могу ему писать, не высказав, что я об этом всем думаю. Безобразно все это, папа, – не знаю, почему ты к американцам и, в частности, к Шахтм[ану] снисходителен.[1]
Так что не знаю, как с ним быть.
3. Бордигисты требуют дискуссии, рассылают письма и пр. Ориентироваться, мне кажется, надо на раскол с ними – они только помеха. Дискуссию вести – но только по принцип[иальным] вопросам, а не о Landau-Roman, etc., etc., etc.
4. Врач нашел, что З[ина] должна недели три провести в клинике под его надзором. Так это и будет сделано. Он (врач) надеется в 3-4 месяца снять оба пневмоторакса и, т[ак] ск[азать], вылечить З. От комнаты ее мы отказались, ноябрь она, по-видимому, проведет в клинике (расходы приблизит. в 2½ раза больше, но не больше).
5. Я получил след. записку:
Berlin, den 3 november 1931
Genosse!
Durch Dieses soll Dir eine ganz besondere Warnung mit dem Anraten zur Vorsicht erteilt werden: Du bist im House nicht bleibt, da man sich lebhaft für Dich und Deine Verhältnisse interessiert unter den Hausbewohnern.
Ein Genosse
по почте на машинке, на мой личный (никому не известн[ый]) адрес. Я не могу тебе объяснить, в чем дело (не хозяйка) – но довольно штука неприятная, как я полагаю, придется, видимо, переехать, а это связано с потерей 50 марок (уплаченных вперед)…
______________
Интернац[иональная] работа, к которой я, по существу, только приступаю, – отнимает все время. Я совершенно запустил родину и др. дела. Все это лишний раз убеждает в том, что без permanent дело в S.I. в Берлине не пойдет.
Об остальном в след[ующий] раз.
Крепко твой Л.
Крепко, крепко, Папочка, милый, целую тебя с 7-ым ноябрем!
Je pense très affectueusement à vous – Je vous prie beaucoup de me pardonner mon silence – Jeanne.
Фотографии Лютика – для мамы, также “à titre d’information” – я его не узнал. Фотогр[афию] прошу мне не позже, чем через несколько дней, вернуть. Мамочку крепко целую.
IISG, Lev Davidovič Trockij / International Left Opposition Archives, 78.
[1] Их отношение к Бюллетеню есть срам и позор.
