№ 43.

20 августа 1931

Милый мой Папа,

Я сейчас подбираю материал о Volksentscheid’е и о положении в партии. Материал как газетный, так и из бесед. Хочу (через 3-4 дня, не позже) написать информац[ионный] обзор, может быть в виде статьи. Поэтому не пишу об этом сейчас. О кое-чем, вероятно, тебе рассказал Сенин. В партии очень основательная депрессия, и возможности наши растут. Но по немецк[им] делам мы очень мало дали (статьи Перманентной, конечно, слабы) и дать не сможем. В области организац[ионной] активности – работники есть, но нет вождей. На основе материала, подобного тому, который ты дал для Испании, – мы бы несомненно сильно продвинулись вперед.

Вчера здесь было дискуссион[ное] собрание, организованное нами. На нем было больше 30-ти человек (К[ommunistische] А[rbeit]Р[artei], брандлерианцы); прошло очень хорошо.

Зайпольд сообщал вчера (по телефону из провинции), что одна группа из Пфальца примкнула к нам, порвав с Ланд[ау].

Об этих фактах Грилев[ич], вероятно, подробнее напишет Веллю.

______________

Сенин, может быть, говорил тебе, что Вегенер (с ним весь бывш[ий] буфер) немного недоволен Грилев. (так же Велль, но последнего нет, так что вопрос о нем не стоит). Хотя Вегенер во многом перебарщивает, мечтает реализовать идеальную коллект. работу (он немножко амбициозен и не хочет, чтобы его затирали), но во многом он прав: он за “ближе к партии” и против методов очень хорошего, но единолично работающего Грилев[ича].

Я все это сглаживаю, и при мне обострений особых не будет, думается. Вегенеру я сейчас предложил следующий план: т. к. он руководит комиссией по работе в партии, надо чтоб он на этой работе сосредоточился основательно, самостоятельно поставил бы ее и таким образом на фактах показал, что его тенденция и его методы правильнее. Об этих мыслях я тебе сообщаю на всякий случай для ориентации.  

Леон[хард] с Вегенером; – она   еще к работе не приступила (с 15 сент[ября] приступит), но хочет и обещает работать очень много. Это будет великолепно. Есть еще один товарищ, которого мне рекомендовал Франк (австрийский), сочувствующий нам. Это женщина русская[1], очень способная и умница), превосходно знающ. немецк. язык. Леон[хард], она и Ж[анна] смогли бы составить превосходное бюро-секретариат. Я надеюсь, что к осени это удастся. Пока об этом лучше не говорить, но я в это твердо верю.

На этой основе можно было бы большую часть интернац. работы перенести в Берлин. Повторяю: пока пишу тебе об этом лишь в предварительном порядке.

О немецк[ом] члене И[нтернационального] секретариата. Я тебе писал о Грилев[иче] и теперь в этом раскаиваюсь, он и так имеет слишком много “pouvoir”, и при его “единоличных” тенденциях его интер. работа поведет к обострениям здесь. Я против кандид[атуры] Грилевича.

С точки зрения квалификац[ии], знания иностранных языков и пр. Леонх[ард] была бы хороша, но сейчас это невозможно, не говоря уже о том, что и в программных вопросах у нее большая вермишель в голове (и элементы аморализма, все что хочешь). Она пока выпадает. Сенин? При всех своих очень хороших качеств[ах] он безалаберен и ленив; и “шатун”. Можно ли рисковать? Хотя во многих отношениях он был бы лучше Вел[л]я (Вел[л]ь, конечно, гораздо авторитетнее здесь). Я все эти соображения пишу тебе на тот случай, если вопрос о дополнении I[nternational] секрет[ариата] не снят и обдумывается тобой.

Велля, ты, как писал, – “побаиваешься”. И ты, конечно, прав.

Остальные же берлинцы (в Лейпциге хорош был бы Эрвин, но создавать треугольник Пар[иж]-Берл[ин]-Лейпц[иг] – совершенно невозможно, конечно) в Секретариате были бы лишь фиктивной величиной, в том числе и Зайпольд – авторитетный, после своей речи, для других стран, но не для Германии. Может быть все же остановиться на Зайп[ольде] как на меньшем из зол. Он, во всяком случае, ролей Мил[л]я или Сузо играть никогда не будет (как и роли вообще, хоть он и очень хороший парень), что со стороны Велля гарантировать нельзя. Если б Сенин работал и если б была уверенность, что он не начнет качаться завтра же, – я считал бы его все же наиболее подходящей фигурой. Насчет работы следовало бы с него взять самые строгие обязательства. Я с сожалением констатирую, что, исписав несколько страничек, я ничего путного все же [не] написал.

* * *

Петрополис обещает “Искаженную” выпустить в конце сентября. Гранки я начну скоро получать. Посылать ли их Вам?

Об остальном пишу маме завтра.

Крепко твой Л.

IISG, Lev Davidovič Trockij / International Left Opposition Archives, 73.

[1] Она еще не с нами, но заметно приближается.