Спецсообщение Н.И. Ежова И.В. Сталину с приложением протокола допроса Л.П. Серебрякова

 

[Штамп: Размножено 10.I 1937 г.

30 экз. (подпись) Хряпкина]

 

Послано членам ПБ и т. Берия

 

СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО.

СЕКРЕТАРЮ ЦК ВКП(б)

тов. СТАЛИНУ.

 

Направляем Вам протокол допроса СЕРЕБРЯКОВА Л.П. от 7-го января с<его> г<ода>.

СЕРЕБРЯКОВ показывает об активной террористической и вредительской деятельности троцкистов в Закавказье.

В качестве активных руководителей к.-р. троцкистской деятельности СЕРЕБРЯКОВ называет: Буду МДИВАНИ, С. ЧИХЛАДЗЕ, Н. КИКНАДЗЕ, М. ОКУДЖАВА и С. КАВТАРАДЗЕ.

Все участники контрреволюционной организации, названные в показаниях СЕРЕБРЯКОВА, арестованы.

Допросы продолжаем.

 

НАРОДНЫЙ КОМИССАР
ВНУТРЕННИХ ДЕЛ СОЮЗА ССР: Ежов (Н. ЕЖОВ)

 

8 января 1937 года.

 

№ 55153. 

 

 

РГАСПИ Ф. 17, Оп. 171, Д. 268, Л. 34.


ПРОТОКОЛ ДОПРОСА

СЕРЕБРЯКОВА, Леонида Петровича.

от 7-го января 1937 года.

 

Вопрос: На предыдущем допросе вы показали, что вы поддерживали связь с грузинской троцкистской организацией в Закавказье и осуществляли как член параллельного центра руководство ее контрреволюционной деятельностью.

Вы подтверждаете эти показания?

Ответ: Да, подтверждаю.

Вопрос: Каким путем, через кого вы осуществляли связь с грузинской троцкистской организацией?

Ответ: Связь с грузинскими троцкистами я поддерживал через руководителя грузинской троцкистской организации БУДУ МДИВАНИ, с которым я к тому же в течение ряда лет нахожусь в личных дружеских отношениях.

БУДУ МДИВАНИ часто приезжал в Москву, и почти всякий раз я имел с ним встречи, связанные с деятельностью организации.

Вопрос: С какого времени вы установили организационную связь с МДИВАНИ?

Ответ: Организационная связь с МДИВАНИ у меня возобновись вскоре после возвращения его из изолятора. МДИВАНИ не скрывал от меня, что его возвращение в партию являлось, как и у всех нас, тактическим маневром, направленным к сохранению себя в рядах партии.

МДИВАНИ вернулся из изолятора таким же убежденным и непримиримым троцкистом, как и был. Со всем свойственным ему темпераментом и энергией он жаждал снова начать борьбу с партией и ее руководством. К этой работе он и приступил почти одновременно с развертыванием деятельности параллельного центра. От ПЯТАКОВА мне известно, что он в 1933 году сообщил МДИВАНИ о новых директивах ТРОЦКОГО на террор и вредительство, с которыми МДИВАНИ был целиком согласен.

Однако моя связь с МДИВАНИ, вытекавшая из решения центра, по которому на меня было возложено руководство деятельностью грузинской троцкистской организации, установилась несколько позднее. Об этом решении центра я сообщил МДИВАНИ в 1934 году.

Вопрос: Когда и где это было?

Ответ: В предыдущем протоколе допроса я показывал о встрече с МДИВАНИ, которую имели с ним я и ПЯТАКОВ в 1934 г. в Кавказском ресторане на ул. Горького. Эта встреча состоялась по инициативе МДИВАНИ для обсуждения ряда вопросов, касающихся деятельности грузинской организации.

Вот тогда я ему и сообщил, что в соответствии с директивами ТРОЦКОГО параллельный центр троцкистско-зиновьевской организации, состоящий из ПЯТАКОВА, РАДЕКА, СОКОЛЬНИКОВА и меня – СЕРЕБРЯКОВА, активно развернул свою деятельность, и что по решению центра на меня возложена связь с ним – МДИВАНИ и руководство деятельностью троцкистской грузинской организации.

Вопрос: Вы говорите, что Ваша и ПЯТАКОВА встреча с МДИВАНИ состоялась по его инициативе. Какие вопросы поставил перед Вами МДИВАНИ?

Ответ: МДИВАНИ прежде всего доставил передо мной и ПЯТАКОВЫМ вопрос о санкционировании нами состава центра грузинской троцкистской организации. 

МДИВАНИ сообщил нам при этом, что он восстановил все свои старые троцкистские связи, что это же сделано и другими руководителями троцкистской организации в Грузии, что грузинские троцкисты представляют собой крепко сплоченную организацию, актив которой воспринял целиком директивы ТРОЦКОГО на террор и вредительство и настроен в связи с этим чрезвычайно агрессивно.

МДИВАНИ заявил, что “люди рвутся в бой”, и что от нас требуется подтвердить состав центра, который должен будет руководить конкретной деятельностью организации в соответствии с директивами ТРОЦКОГО и центра и направлять ее работу применительно к условиям Грузии.

Вопрос: Какой состав грузинского центра сообщил Вам МДИВАНИ?

МДИВАНИ сообщил нам следующий состав центра грузинской троцкистской организации: МДИВАНИ БУДУ, КАВТАРАДЗЕ Сергей, ОКУДЖАВА Миша, ЧИХЛАДЗЕ Семен и КИКНАДЗЕ Нико.

Вопрос: Кто из перечисленных членов центра вам лично известен?

Ответ: Кроме МДИВАНИ я в разное время встречался с КАВТАРАДЗЕ и ОКУДЖАВА. Оба они мне были известны как активные руководители грузинских троцкистов еще в период 1927-29 г.г.

ЧИХЛАДЗЕ и КИКНАДЗЕ мне известны не были, и на мой вопрос о них МДИВАНИ дал им обоим характеристику как решительным и боевым троцкистам, пользующимся значительным авторитетом в грузинской троцкистской организации.

МДИВАНИ особенно подчеркивал боевые и конспиративные качества ЧИХЛАДЗЕ и указал, что он рассчитывает на ЧИХЛАДЗЕ в дальнейшей конкретной деятельности организации, которую он намерен с нами обсудить.

Вопрос: Вопросы конкретной деятельности грузинской организации Вами обсуждались?

Ответ: Да. После того, как представленный МДИВАНИ состав центра грузинской организации был мною и ПЯТАКОВЫМ санкционирован, мы поставили перед МДИВАНИ вопрос о необходимости приступить к конкретной террористической и вредительской. деятельности в Грузии.

ПЯТАКОВ тогда в довольно резком тоне указывал МДИВАНИ, что организационный период в Грузии чрезмерно затянулся, и что грузинская организация только теперь приступает к конкретной работе, в то время как вся организация и в центре, и на местах развернула уже эту работу широко. ПЯТАКОВ говорил тогда, что это тем более непонятно и недопустимо, поскольку грузинская организация располагает решительными и надежными людьми и имеет опыт 1927-31 г.г. в нелегальной конспиративной работе.

МДИВАНИ очень возбуждено реагировал на это замечание ПЯТАКОВА и резко перевел вопрос в конкретную плоскость, потребовав нашей санкции на организацию и совершение террористического акта в первую очередь над Л. БЕРИЯ, мотивируя это тем, что до тех пор пока БЕРИЯ будет в Закавказье, развернуть работу организации очень трудно, потому что БЕРИЯ пользуется огромным влиянием, ведет работу “чекистскими” методами и окружил себя на работе преимущественно бывшими чекистами.

Вопрос: Вы с ПЯТАКОВЫМ санкционировали тогда совершение террористического акта над т. БЕРИЯ?

Ответ: ПЯТАКОВ заявил МДИВАНИ, что “убрать” БЕРИЯ нужно будет, но не изолированно от общей террористической деятельности центра блока, а одновременно или тотчас же вслед за убийством СТАЛИНА, ибо без этого мы добьемся лишь отрицательных результатов.

“Вы провалите организацию, – говорил ПЯТАКОВ, – и получите от СТАЛИНА кого-нибудь похуже, чем БЕРИЯ. Только и всего”.

Вопрос: К какому же решению вы пришли?

Ответ: Тогда решено было, что МДИВАНИ приступает к организации из числа наиболее решительных и агрессивно настроенных грузинских троцкистов крепкой террористической группы, которая должна повести подготовку террористического акта над СТАЛИНЫМ во время возможного его приезда в Грузию. Одновременно террористическая группа должна готовить и убийство БЕРИЯ.

Тогда же было предусмотрено, что, если это потребуется обстоятельствами дела, группа МДИВАНИ выедет в район Сочи для совершения теракта над СТАЛИНЫМ. На этом, собственно говоря, и были исчерпаны конкретные вопросы террористической деятельности грузинских троцкистов.

Вопрос: Какие указания были даны МДИВАНИ по вредительско-диверсионной деятельности?

Ответ: Директивы ТРОЦКОГО о вредительско-диверсионной деятельности были сообщены МДИВАНИ ПЯТАКОВЫМ еще в 1933 году. В эту нашу встречу МДИВАНИ нас проинформировал, что он располагает рядом участников организации, находящихся на хозяйственной работе, силами которых он рассчитывает развернуть вредительскую и диверсионную деятельность в народном хозяйстве Грузии.

Он заявил нам, что исходя из конкретных грузинских условий он в этой подрывной деятельности преследует задачу не столько срыва обороноспособности Союза, ибо Грузия не располагает предприятиями оборонного значения, сколько он стремится вредительской и диверсионной работой подорвать авторитет партийного руководства, растущий в связи с успехами хозяйственного строительства.

Вопрос: Что же конкретно предлагал МДИВАНИ?

Ответ: МДИВАНИ исходя из этой своей установки предлагал основной удар направить по энергохозяйству Грузии и по наиболее крупным новостройкам.

Возражений против такого направления подрывной работы в Грузии с нашей стороны не последовало. Однако дополнительно решено было, что МДИВАНИ должен будет, кроме этого, приступить к организации подрывной работы на транспорте, поскольку здесь с точки зрения срыва обороноспособности возможны наиболее эффективная робота.

МДИВАНИ принял его указание и заверил меня и ПЯТАКОВА, что “свои люди” на транспорте у него есть.

Вопрос: Какие еще вопросы контрреволюционной деятельности грузинской троцкистской организации вами обсуждались?

Ответ: Я уже показывал на предыдущем допросе, что в эту встречу мы втроем обсуждали вопросы программного характера, когда ни у кого из нас не оставалось сомнений в буржуазно-реставраторских целях нашей борьбы с ВКП(б).

Естественно, что в этой связи не мог не быть затронутым вопрос о “завтрашнем дне” Грузии.

Затронул его МДИВАНИ, который заявил, что с приходом к власти правительства блока неизбежно встанет грузинский вопрос, в свое время решенный неправильно. Он пояснил, что он имеет в виду создание национального грузинского государства под протекторатом Англии с распространением его влияния на все Закавказье.

МДИВАНИ указал далее, что в новых условиях “национальный дух” Грузии поднимется на небывалую высоту и что центральному правительству блока с этим придется считаться независимо от того, что будут говорить и чего будут желать народы Армении и Азербайджана. Больше того, МДИВАНИ заявил, что если правительство блока проявит в этом вопросе колебания, то ему придется считаться с Англией, которая безусловно поддержит эти требования грузинских троцкистов.

Вопрос: Как вы и ПЯТАКОВ отнеслись к этому заявлению?

Ответ: Мы прекрасно понимали, что в условиях капиталистической реставрации те агрессивно-националистические устремления, которые изложил МДИВАНИ, действительно будут иметь место в Грузии, но мы считали, что для совместной и более эффективной борьбы с партией и советским правительством грузинские троцкисты прежде всего должны уже теперь войти в соглашение с буржуазно-националистическими элементами Грузив и главным образом с грузинскими меньшевиками как на территории СССР, так и с меньшевиками, находящимися за границей.

Кроме того, мы считали, что троцкисты Армении и Азербайджана также должны пойти по пути блока с буржуазно-националистическими элементами – с дашнаками и мусаватистами, – и предложили МДИВАНИ отложить пока в сторону вопросы грузинской “гегемонии” в Закавказье и установить полный контакт с троцкистами этих республик для того, чтобы бить всем вместе по советскому правительству.

Таким образом, перед МДИВАНИ конкретно была поставлена двоякая задача:

Во-первых, привлечь к борьбе с партией все буржуазные и националистические элементы Грузии и возглавить их и, во-вторых, обеспечить полный контакт и руководство деятельностью троцкистов Азербайджана и Армении в этом же направлении.

Широкого обсуждения будущего Грузии не было, так как я и ПЯТАКОВ переключили разговор в плоскость конкретной сегодняшней борьбы с партией, тем более что в том период времени не вполне ясно было, какие директивы по этому вопросу даст Троцкий.

К этому вопросу пришлось вернуться позднее, когда в связи с переговорами центра блока с фашистскими и капиталистическими странами, о чем я показал на предыдущем допросе, яснее стали вырисовываться внешнеполитические перспективы.

Вопрос: Как были реализованы в дальнейшем все указания, которые были даны Вами и ПЯТАКОВЫМ МДИВАНИ?

Ответ: В следующий свой приезд в Москву осенью 1934 г. или в начале 1935 года (я точно не помню), МДИВАНИ пришел ко мне в мой служебный кабинет в Цудортрансе и на мой вопрос о положении дел в грузинской организации сообщил мне, прежде всего, что группа участников организации, работающая на различных участках народного хозяйства Грузии, приступила уже к подрывной деятельности.

Подробностей МДИВАНИ мне не излагал, сообщив лишь, что эта работа ведется, как и было решено, на электростанциях, новостройках и транспорте.

Вопрос: Кого из участников организации – вредителей Вам назвал МДИВАНИ?

Ответ: От МДИВАНИ я знаю, что вредительско-диверсионная деятельность возглавлялась членом центра организации Нико КИКНАДЗЕ, который сам являлся начальником крупного строительства около Кутаиси. МДИВАНИ называл мне и некоторые другие фамилии участников организации, осуществлявших подрывную работу, но я их не помню.

Вопрос: Эти фамилии нужно вспомнить.

Ответ: Я не хочу никого скрыть, но я действительно эти фамилии сейчас не помню. Точно так же я не помню сейчас и фамилий тех участников террористической группы, о которых мне тогда же сообщил МДИВАНИ.

Вопрос: Что Вам сообщил МДИВАНИ о террористической деятельности организации?

Ответ: МДИВАНИ сообщил мне, что для организации террористических актов над СТАЛИНЫМ и над секретарем Заккрайкома Л. БЕРИЯ группа террористов уже создана и что возглавляет ее член грузинского центра ЧИХЛАДЗЕ.

Вопрос: Не может быть, чтобы Вы забыли фамилии участников террористической группы ЧИХЛАДЗЕ. Вы скрываете известных Вам террористов. Предлагаем их выдать.

Ответ: Повторяю, что этих фамилий я не запомнил.

Вопрос: Что Вам еще известно о террористической деятельности организации?

Ответ: Больше ничего о террористической деятельности грузинских троцкистов я не знаю. В протоколе предыдущего допроса я показал, что в связи с возложенным на меня заданием организовать террористический акт над секретарем ЦК ВКП(б) ЕЖОВЫМ я обратился в конце 1935 года к находившемуся в Москве МДИВАНИ с предложением подготовить террористическую группу из числа грузинских троцкистов, которая по моему вызову должна будет выехать в Москву в мое распоряжение.

Могу теперь лишь добавить, что тогда нами было решено, что эту группу выделит Семен ЧИХЛАДЗЕ из состава своей террористической группы.

Вопрос: Эта группа террористов была выделена Семеном ЧИХЛАДЗЕ?

Ответ: Я этого точно не знаю, так как эта встреча с МДИВАНИ была у меня последней.

Вопрос; Что Вам известно о переговорах МДИВАНИ с грузинскими националистами и меньшевиками?

Ответ: Когда в конце 1934 года (или в начале 1935 г.) МДИВАНИ был у меня, он поставил меня в известность, что центр грузинской троцкистской организации пришел к соглашению с грузинскими меньшевиками и националистами по вопросу о совместной борьбе с ВКП(б).

Вопрос: С кем именно вел переговоры МДИВАНИ?

Ответ: Я знаю только фамилию представителя грузинских меньшевиков КАРЦЕВАДЗЕ, с которым вел переговоры МДИВАНИ.

С кем из представителей грузинских националистов имел дело МДИВАНИ, мне неизвестно.

Вопрос: На какой базе состоялось соглашение грузинских троцкистов с меньшевиками и националистами?

Ответ: МДИВАНИ мне сообщил, что соглашение с меньшевиками и националистами состоялось на основе ведения совместной борьбы с советской властью, имея целью отделение Грузии от СССР и создания так наз<ываемого> самостоятельного грузинского национального государства, связанного лишь договорными отношениями с будущим правительством блока и находящегося под защитой Англии.

Это соглашение, по словам МДИВАНИ, сняло все противоречия, существовавшие между грузинскими троцкистами, с одной стороны, и националистами и меньшевиками, с другой.

Позднее, когда в конце 1935 г. я встретился с МДИВАНИ, я, исходя из содержания переговоров, ведущихся Троцким и центром блока с Германией, Японией, Англией и Францией, сообщил МДИВАНИ, что блок рассчитывает на содействие англичан, которое будет совершенно несомненно приобретено за счет обеспечения интересов и влияния англичан в Закавказье.

“Это, проще говоря, означает, – пояснил я МДИВАНИ, – установление Англией протектората над Закавказьем в целом и Грузией в частности”. – Я заявил МДИВАНИ, что центр блока на это идет с готовностью, ибо в настоящих условиях это соответствует интересен борьбы с советским государством.

МДИВАНИ с удовлетворением принял это мое сообщение и заявил, что он располагает сведениями, исходящими от грузинской эмиграции, с которой у него установлена связь, что Англия предоставит Грузии подобающее место в Закавказье и что на основании переговоров с англичанами, которые еще в свое время велись с ними грузинской меньшевистской эмиграцией, речь будет идти о предоставлении Англии широких концессий на нефть, марганец и другие ископаемые.

Затем я указал МДИВАНИ, что задача грузинских троцкистов будет заключаться в дальнейшем в том, чтобы обеспечить за собою в будущем коалиционном правительстве Закавказья большинство и установить такие отношения с правительством блока, которые сдерживали бы аппетиты англичан и делали бы их более покладистыми в разрешении “грузинского вопроса”.

В конце разговора МДИВАНИ сообщил мне, что армянские троцкисты вошли в соглашение С дашнаками и что троцкисты Азербайджана заключили блок с мусаватистами.

“Покуда я стою с ними на одних позициях борьбы с партией, – говорил МДИВАНИ, – отношения у меня с ними довольно мирные, но за будущее я не ручаюсь”.

“В этой связи, – заявил дальше МДИВАНИ, – меня беспокоит вопрос о той роли, которая будет предоставлена в Закавказье Грузии. Если Закавказье будет означать то же, что и Грузия, то все в порядке. Однако отдаю себе отчет, что без большой борьбы этого добиться нельзя будет. Если Армения и Азербайджан будут много шуметь, найдем способы их надолго успокоить”.

Это была наша последняя встреча с МДИВАНИ. Больше я его не видел.

Вопрос: Что вам сообщил МДИВАНИ о блоке троцкистов Армении с дашнаками и о соглашении троцкистов Азербайджана с мусаватистами?

Ответ: Это было сказано мне МДИВАНИ без каких бы то ни было подробностей. С кем из троцкистов был МДИВАНИ связан в Армении и Азербайджане – я не знаю. Мне МДИВАНИ этого не говорил.

 

Протокол записан с моих слов верно и мною прочитан.

 

Л. СЕРЕБРЯКОВ.

 

Допросил:

 

ОПЕР. УПОЛН. 3-го ОТДЕЛА ГУГБ
МЛ. ЛЕЙТЕНАНТ ГОСУДАРСТВ. БЕЗОПАСНОСТИ: (ФРАДКИН)

 

Верно:

 

СТ. ИНСПЕКТОР 8-го ОТДЕЛА ГУГБ –
ЛЕЙТЕНАНТ ГОСУДАР. БЕЗОПАСНОСТИ: Голанский (ГОЛАНСКИЙ)

 

 

РГАСПИ Ф. 17, Оп. 171, Д. 268, Л. 35-48.