Спецсообщение Н.И. Ежова И.В. Сталину с приложением протокола допроса Г.С. Биткера

 

Совершенно секретно.

СЕКРЕТАРЮ ЦК ВКП(б) –

тов. СТАЛИНУ.

 

Направляю Вам протокол допроса от 30 декабря с<его> г<ода> арестованного участника троцкистско-зиновьевской террористическо-вредительской организации БИТКЕРА Г.С.

БИТКЕР показал, что:

1. был одним из организаторов т.н. международной троцкистской конференции в Берлине. По личному поручению Троцкого БИТКЕР привез в Берлин троцкистскую платформу;

2. в 1931 году ПЯТАКОВ сообщил БИТКЕРУ о его связи с Троцким через СЕДОВА и о полученных от Троцкого директивах по террору и вредительству;

3. БИТКЕР знал как о первом, так и о втором действующем центре блока троцкистско-зиновьевской организации;

4. по поручению ПЯТАКОВА, начиная с 1932 года по день ареста вел активную подрывную работу в резиновой промышленности, для чего создал на предприятиях резиновой промышленности троцкистские диверсионные группы.

 

НАРОДНЫЙ КОМИССАР
ВНУТРЕНИХ ДЕЛ СОЮЗА ССР: Ежов (Н.ЕЖОВ)

 

31 декабря 1936 года.

 

59292

 

[Резолюция И. Сталина: Членам ПБ и т. Осипову-Шмидту. И. Ст.]

 

 

РГАСПИ Ф. 17, Оп. 171, Д. 265, Л. 127.


ПРОТОКОЛ ДОПРОСА

БИТКЕРА, ГЕРМАНА САМОЙЛОВИЧА

от 30-го декабря 1935 года.

 

БИТКЕР Г.С., 1896 года рождения, уроженец гор. Варшавы, в 1924 г. за активную троцкистскую борьбу против партии был исключен из ВКП(б). Осенью 1925 года был восстановлен в партии, однако продолжал оставаться на прежних к.-р. троцкистских позициях.
До ареста – нач<альник>  Главрезины.

 

Вопрос: В заявлении, адресованном на имя Народного Комиссара Внутренних Дел СССР, вы признали, что являетесь участником контрреволюционной троцкистской организации. В этом же заявлении вы признали, что были организационно связаны с ПЯТАКОВЫМ и по его заданию вели подрывную работу, в частности, в резиновой промышленности.

Вы подтверждаете свое заявление? 

Ответ: Свое заявление от 15 декабря с<его> г<ода> подтверждаю.

Вопрос: И намерены следствию дать правдивые показания? 

Ответ: Я расскажу следствию как о своей к.-р. работе, так и о контрреволюционной работе других известных мне лиц.

Разрешите мне все изложить по порядку.

В 1921 году, работая в Донбассе управляющим алмазно-угольным районом, я примкнул к контрреволюционной троцкистской группе, в состав которой входили: ПЯТАКОВ, ПАВЛОВ, ЮЛИН, СЕМАШКО, РЕЙНГОЛЬД. В период предсъездовской дискуссии (10-й съезд) я солидаризировался с ТРОЦКИМ в вопросе о профсоюзах и подписал совместно с ПЯТАКОВЫМ, ПАВЛОВЫМ и ЮЛИНЫМ в защиту тезисов Троцкого телеграмму в ЦК РКП(б).

С этого фактически и началась моя активная контрреволюционная работа против партии.

В 1923 году я переехал в Москву, здесь продолжал поддерживать организационную связь с троцкистами, в частности, с ПЯТАКОВЫМ и СМИРНОВЫМ. По поручению СМИРНОВА И.Н. я выступил на Сергиевской партийной уездной конференции с защитой платформы Троцкого.

В феврале 1924 года за активную борьбу против партии я был одним из первых троцкистов исключен из рядов партии. Осенью 1925 года, подав заявление об отходе от троцкистов, я был президиумом ЦКК восстановлен в рядах партии. Заявление в ЦКК об отходе от троцкистов было двурушническим, я продолжал оставаться на троцкистских контрреволюционных позициях, поддерживать организационную связь с троцкистами – ПЯТАКОВЫМ, СМИРНОВЫМ И.Н., ЮЛИНЫМ А.И., ОСКОЛЬСКИМ, КАПЛИНСКИМ, ЮДЕЛЕВИЧЕМ [1], ЛИВШИЦЕМ А.Я. [2], СЕРЕБРЯКОВЫМ Л.П., ИВАНОВЫМ М., т.е. продолжал активно участвовать в контрреволюционной троцкистской работе. 

Вопрос: Следствию известно, что вы в 1924-27 г.г. были непосредственно связаны с Троцким и являлись одним из его доверенных лиц. Вы подтверждаете это? 

Ответ: Да, подтверждаю. Я действительно был одним из приближенных лиц к Троцкому.

Вопрос: Следствию также известно, что вы выполняли ряд поручений Троцкого за границей. Правильно? 

Ответ: Совершенно верно. Являясь доверенным лицом Троцкого, я выполнял ряд поручений Троцкого за границей.

В 1927 году я по персональному заданию Троцкого доставил в Берлин троцкистскую платформу.

Произошло это так:

В июне 1927 года, приехав из Берлина в Москву (я работал в Берлинском торгпредстве), я встретился с Троцким в Главконцесскоме, где вел продолжительную беседу по делам концессии Круппа. В одной из бесед Троцкий рассказал мне о его дальнейших планах борьбы с партией, доказывал мне необходимость всемерной активизации борьбы с партией не только внутри страны, но и вынести, – как говорил Троцкий, – на мировую арену.

Для этой цели Троцкий считал нужным объединить и закрепить за собой те оппозиционные группы в компартиях, которые стоят на его платформе. Но “так как Коминтерн находится под руководством сталинских приверженцев, нам важно, – подчеркнул Троцкий, – чтобы наши сторонники за границей были бы информированы о нашей платформе из уст наших людей”.

Троцкий выдвигал, считал необходимым проведение организационного совещания троцкистов с участием наших сторонников из иностранных компартий. Так как в это время я должен был возвратиться в Берлин, Троцкий просил меня доставить в Берлин его платформу и принять участие в этом организационном совещании.

В Берлине в это время находились троцкисты КАПЛИНСКИЙ и СОЛНЦЕВ, с которым я должен был связаться. Я согласился выполнить поручение Троцкого. На другой день по поручению Троцкого ко мне в гостиницу “Метрополь” пришел его секретарь ПОЗНАНСКИЙ и передал мне платформу. Это был печатный документ, если не ошибаюсь, страниц на 60.

По приезде в Берлин это указание Троцкого мною было передано троцкистам КАПЛИНСКОМУ и СОЛНЦЕВУ. Платформу я вручил лично КАПЛИНСКОМУ.

Вопрос: Организационное совещание троцкистов в Берлине было созвано?

Ответ: Да, было созвано, и оно вылилось, по существу, в конференцию.

Конференция состоялась осенью 1927 года, на которой присутствовали: от французов адвокат ТОРЕЗ, Сюзанна ЖИРО и КАЛЬЯН, от немцев Рут ФИШЕР, МАСЛОВ, УРБАНС, фамилий других немцев сейчас не помню. КАНАТЧИКОВ приехал из Праги, ИВАНОВ М. приехал из Парижа. КАПЛИНСКИЙ, ЮДЕЛЕВИЧ, СОЛНЦЕВ, ЛИВШИЦ Я., ГЕРЦБЕРГ [3], я – БИТКЕР и еще ряд лиц, которых я сейчас припомнить не могу.

Конференция состоялась у меня и КАПЛИНСКОГО на квартире (мы жили вместе на улице Лиценбургерштрассе № 11).

На этой конференции обсуждалось указание Троцкого о необходимости расширения фронта борьбы с Коминтерном.

Приехавший из Берлина ИВАНОВ М.Г. представлял парижскую группу русских троцкистов (ПЯТАКОВ, РАКОВСКИЙ). 

Вопрос: Какие решения были приняты на этой конференции?

Ответ: Насколько я помню, пришли к решению, что наши сторонники из иностранных компартий должны пропагандировать троцкистские взгляды, вербовать единомышленников и широким фронтом развернуть борьбу с Коминтерном. 

Вопрос: После конференции какую троцкистскую работу вы вели в Берлине? 

Ответ: Я продолжал поддерживать связь с троцкистами, проживавшими и работавшими в берлинском торгпредстве – КАПЛИНСКИМ, ЛИВШИЦЕМ, ГЕРЦБЕРГОМ, СОЛНЦЕВЫМ, при встречах с ними вел беседы троцкистского характера, не участвуя активно в практической работе. 

В 1928-29-30 г.г. проживал за границей в Берлине, в Вене, наездами бывал в Москве, где продолжал встречаться с ПЯТАКОВЫМ, ЮЛИНЫМ, КАПЛИНСКИМ и ЛИВШИЦЕМ.

Из моих частных бесед с ПЯТАКОВЫМ мне стало ясно, что его заявление об отходе от троцкизма было двурушническим, и что он остался на старых троцкистских позициях, но о его практической троцкистской работе в этот период мне не было ничего известно, об этом я узнал позже. 

В 1931 г. я встречался в Берлине с ПЯТАКОВЫМ, с этого момента я начал вести активную контрреволюционную работу против партии и соввласти.

О чем я сейчас подробно расскажу.

В апреле 1931 года в Берлин приехала комиссия ВСНХ по закупке оборудования по только что заключенному соглашению с немцами по трехсотмиллионному кредиту. Председателем комиссии был ПЯТАКОВ. В состав комиссии входили: СМИРНОВ, ЛОГИНОВ и ряд других хозяйственных работников.

Некоторое время ПЯТАКОВ проживал у меня на квартире, Зексишештрассе 28. Однажды, возвращаясь вечером домой, ПЯТАКОВ, оставшись со мной вдвоем, строго конфиденциально рассказал мне, что СМИРНОВ виделся с сыном Троцкого – СЕДОВЫМ, и что он, ПЯТАКОВ, также дал согласие на встречу с ним, через несколько дней после этого разговора ПЯТАКОВ мне рассказал, что и он виделся с СЕДОВЫМ, и что СЕДОВ информировал его о взглядах Троцкого на положение дел в СССР.

Общий смысл новых установок Троцкого сводился к следующему: борьбу со сталинским руководством необходимо начать с новой силой, Троцкий, несмотря на оторванность от СССР, восстановил связь с троцкистами, в Советском Союзе сформировался новый троцкистский центр, с которым Троцкий связан.

По мнению Троцкого, необходимо создать блок с зиновьевцами и установить контакт в работе с правыми (БУХАРИН, ТОМСКИЙ и РЫКОВ). 

По словам ПЯТАКОВА, Троцкий ставил перед троцкистами в Советском Союзе следующие практические задачи: 

1. Организация террористической борьбы против руководства партии и правительства и как главную задачу – убийство Сталина.

2. Всяческая дискредитация мероприятий СТАЛИНА на хозяйственном фронте. Прямо ставился вопрос о ведении подрывной вредительской работы на промышленных предприятиях в Советском Союзе.

3. Я не помню дословных выражений ПЯТАКОВА, но он мне еще говорил о том, что, по мнению Троцкого, троцкисты в СССР должны сейчас стать той силой, которая организует и объединит вокруг себя все враждебные группы и течения, недовольные существующим строем в стране и готовые к борьбе со сталинским режимом.

Вопрос: ПЯТАКОВ вас только информировал или ставил перед вами какие-либо задачи? 

Ответ: ПЯТАКОВ не только ограничился информацией, он мне прямо говорил, что меня – БИТКЕРА, поскольку предполагается мое возвращение в СССР, он намечает привлечь к активной работе, и спрашивал мое согласие. Я не возражал, и мы условились, что по приезде в СССР мы детально договоримся.   

Вопрос: Кроме ПЯТАКОВА с кем еще из троцкистов вы встречались в Берлине? 

Ответ: Встречался с СМИРНОВЫМ И.Н. у себя на квартире в мае-июне 1931 года, с которым имел продолжительную беседу. СМИРНОВ в этой беседе рассказывал о своей встрече с СЕДОВЫМ и встрече ПЯТАКОВА с СЕДОВЫМ и буквально передал то же самое, что и ПЯТАКОВ. СМИРНОВ в крайне озлобленной форме ставил вопрос о физическом устранении СТАЛИНА путем организации террористического акта и широкой подрывной работе, чтобы дискредитировать всю линию СТАЛИНА на индустриализацию.

На мой вопрос СМИРНОВУ: “Существует ли какая-либо организация в Советском Союзе?” – он мне ответил, что кадры сохранились, блок с зиновьевцами уже наметился, и что по возвращении его в Советский Союз центр будет окончательно оформлен. 

Вопрос: У вас встреча с СЕДОВЫМ в Берлине была?

Ответ: Нет, не была.

Вопрос: Вы показали, что Троцкий вас считал одним из доверенных лиц, поэтому СЕДОВ не мог не знать, что вы находитесь в Берлине, и не установить с вами связь. Следствие не верит вам, что вы не установили личную связь с СЕДОВЫМ? 

Ответ: Я утверждаю. С СЕДОВЫМ встречи у меня в Берлине не было.

Вопрос: Когда вы возвратились в СССР?

Ответ: В июле 1931 года.

Вопрос: По возвращении в Москву вы установили связь с ПЯТАКОВЫМ

Ответ: Да, об этом я сейчас следствию изложу.

В конце июля 1931 года я переехал из Берлина на постоянную работу в Москву, где был назначен начальником ИНО ВСНХ.

ПЯТАКОВ возвратился в Москву осенью 1931 года. Встречались мы часто – между нами происходил обмен мнений о положении в стране, о намечавшемся развороте троцкистской работы, но вопрос о моем практическом участии в работе организации оставался открытым.

Этот вопрос был окончательно разрешен летом 1932 года после вторичного возвращения ПЯТАКОВА из Берлина.

В начале ноября 1932 года я был на квартире ПЯТАКОВА, там в довольно длительной беседе ПЯТАКОВ ввел меня полностью в курс той работы, которая проводится троцкистами в Союзе по директиве Троцкого. Информация ПЯТАКОВА в основном свелась к следующему: с зиновьевцами договорились полностью. Создан центр блока в составе: от троцкистов – МРАЧКОВСКИЙ, СМИРНОВ И.Н. и ТЕР-ВАГАНЯН, от зиновьевцев – ЗИНОВЬЕВ, КАМЕНЕВ и ЕВДОКИМОВ.

Центр восстанавливает связи и приступает к сколачиванию групп из решительных людей для террора. ПЯТАКОВ сказал мне тогда, что установки Троцкого о терроре, подрывной и диверсионной работе, использование всех антисоветских групп в борьбе с партией, – зиновьевцами полностью приняты как единая платформа.

На мой вопрос ПЯТАКОВУ – почему же он не включен в состав центра, – он мне ответил, что признает более целесообразным его в центр блока не включать, чтобы иметь запасных людей на случай провала.

Вопрос: Что значит – запасных людей на случай провала, скажите конкретней?

Ответ: ПЯТАКОВ мне заявил, что он, РАДЕК, СОКОЛЬНИКОВ и СЕРЕБРЯКОВ – четверка представляет из себя параллельный центр, который будет разворачивать работу параллельно, не увязывая ее с линией работы объединенного центра-блока. 

Вопрос: ПЯТАКОВ вам говорил, как он лично разворачивает работу?           

Ответ: ПЯТАКОВ мне сказал, что он в силу особого положения в организации и больше всего будет уделять внимание установлению связей с троцкистами, работающими на промышленных предприятиях.

Эти кадры и будут являться той силой, которая развернет подрывную диверсионную работу.

Вот примерно все то, что мне рассказывал ПЯТАКОВ.

Вопрос: Говоря об установлении связей с троцкистами, работающими на предприятиях, ПЯТАКОВ называл вам фамилии?

Ответ: Он мне только рассказал о следующем, что ему удалось оформить руководящую группу на Украине, называл он мне ЛОГИНОВА, КОЦЮБИНСКОГО, ГОЛУБЕНКО и ЛИВШИЦА. Говорил о Сибири, причем отметил, что там группа довольно крепкая в составе МУРАЛОВА, БОГУСЛАВСКОГО и ШЕСТОВА. Припоминаю, что он говорил тогда об Урале, Северном Кавказе как пунктах, где у него имеются солидные связи.

Вопрос: Дайте показания о вашей роли в организации, какое задание вы получили от ПЯТАКОВА?

Ответ: В конце ноября 1932 года я по инициативе ПЯТАКОВА был переброшен на работу в качестве руководителя резиновой промышленности. Мое назначение на эту работу, как заявил мне в беседе со мной ПЯТАКОВ, – обуславливается интересами троцкистско-зиновьевской организации.

ПЯТАКОВ подчеркнул, что подрывная работа в резиновой промышленности имеет большое значение и результаты вредительства крепко скажутся на других отраслях хозяйства. 

ПЯТАКОВ предложил мне: 1) создать ряд троцкистских групп на промышленных предприятиях Резинообъединения в Ярославле, Москве, подобрав для этой цели надежных проверенных людей.

2) Вредительские мероприятия этих групп должны заключаться:

а) в срыве мероприятий правительства по освоению и внедрению синтетического каучука в резиновую промышленность. При срыве данного мероприятия правительству не удастся уйти от иностранной зависимости, придется ввозить натуральный каучук, а на случай войны положение будет еще хуже;

б) сорвать и противодействовать окончание строительства Ярославского резинового комбината в ближайшее время, тем самым искусственно создавать дефицит резиновых изделий в стране, особенно шин для автотранспорта;

в) снизить качество продукции резиновых изделий, прикрываясь качеством синтетического каучука.

Эти указания мною были приняты к исполнению и проводились в жизнь.

Вопрос: Кто конкретно был привлечен вами к работе вредительской троцкистской организации в резиновой промышленности?

Ответ: Для практического осуществления вредительских мероприятий в области резиновой промышленности мною были привлечены следующие лица:

1. ГОРБУНОВ Леонид Михайлович – главный инженер Главрезины;

2. БОРОДАВКИН – троцкист, нач<альник> шинного производства Ярославского комбината;

3. ЗАМОШНИКОВ – троцкист, инженер, зам<еститель> нач<альника> центральной лаборатории Ярославского резинового комбината, ведавший вопросами рецептуры СК;

4. БИРАШЕВИЧ – зав<едующий> конференции [4] Ярослав<ского> резинов<ого> комбината;

5. ВЕЧЕРКОВСКИЙ – инженер шинного производства ЯРАКа

6. РЕЙМАРУС – главный инженер ЯРАКа;

7. МЕРЗЛИКИН – химик ЯРАКа;

8. ПЛУТАЛОВ – техник, нач<альник> камерного цеха;

9. КАРНАУХОВ – троцкист, инженер, руководивший энерго-механическим отделом Главрезины;

10. СУРИНОВ – управляющий Московским отд. Резиносбыта.

Все эти лица были расставлены таким образом, что создалась без особого риска дальнейшая возможность обеспечь вредительские мероприятия, проводимые мною в резиновой промышленности по указаниям ПЯТАКОВА.

Вопрос: Как эти лица были вами завербованы и какие конкретно вы им дали поручения?

Ответ: 1. ГОРБУНОВ Леонид Михайлович мною был завербован в начале 1933 года, участие его в организации давало мне возможность обеспечить проведение ряда вредительских мероприятий. Особенно ГОРБУНОВ нужен был для срыва освоения СК, срыва мероприятий по переоборудованию и перевооружению предприятий резиновой промышленности в связи с внедрением СК.

Вербовке предшествовали беседы по ряду политических вопросов. Убедившись, что он враждебно настроен к политике ВКП(б) и правительства, я в одной из бесед у себя в кабинете в мае месяце 1933 года поставил перед ним вопрос о его участии в троцкистской организации.

После продолжительных бесед с ГОРБУНОВЫМ он дал согласие участвовать в работе организации.

2. Для практического осуществления вредительских мероприятий на ЯРАКе в июне месяце 1935 года я завербовал начальника шинного производства – троцкиста БОРОДАВКИНА. Беседа с ним происходила в гор. Ярославле у меня на квартире, его мне долго уговаривать не пришлось. БОРОДАВКИН, будучи активным троцкистом и разделявший троцкистские взгляды до последнего времени, дал согласие на работу в организации.

Ему дано было поручение привлечь к работе организации троцкиста ЗАМОШНИКОВА, МЕРЗЛИКИНА – химика ЯРАКа, инженеров ЯРАКаВЕЧЕРКОВСКОГО и РЕЙМАРУС.

В ближайший мой приезд в Ярославль осенью 1935 года БОРОДАВКИН мне сообщил, что ему удалось вовлечь в организацию ЗАМОШНИКОВА (троцкиста), ВЕЧЕРКОВСКОГО, РЕЙМАРУСА и МЕРЗЛИКИНА, а также начальников цехов – камерного – ПЛУТАЛОВА и конфекционного [5]БИРАШЕВИЧА (троцкист).

Таким образом на ЯРАКе была создана БОРОДАВКИНЫМ троцкистская вредительская группа, которая и проводила всю вредительскую, работу на комбинате.

3. СУРИНОВ, знал его как троцкиста, он бывш<ий> сотрудник аппарата Главрезины, завербовал я его в своем кабинете в апреле месяце 1933 года, назначив его после этого управляющим Московской конторой Резиносбыта.

КАРНАУХОВ, нач<альник> энерго-механического отдела Главрезины, троцкист, мною завербован был в апреле 1934 года. КАРНАУХОВ вел вредительскую работу по срыву перевооружений заводов.

Вопрос: Кто еще вами был завербован?

Ответ: Я назвал как будто бы всех.

Вопрос: Следствие вам не верит, вы вели вредительскую работу с 1932 года, и вы сознательно скрываете соучастников?

Ответ: Все названные выше лица – это лично мне известные. Тем, кого я лично вербовал, мною давались задания создавать вокруг себя группы из надежных людей, кого они вербовали, я не расспрашивал.

Вопрос: Мы еще вернемся к этому вопросу. О завербованных вами лицах по Москве и Ярославлю вы сообщали ПЯТАКОВУ?

Ответ: Да, я его периодически информировал, как проводится вредительская работа.

Вопрос: Какие конкретно вредительские мероприятия вами были проведены?

Ответ: О всей своей вредительской работе я дам следствию подробные показания, сейчас прошу разрешить мне изложить наиболее крупные работы вредительства.

1) В одной из моих бесед с ПЯТАКОВЫМ в январе 1936 г. у него в кабинете по вопросу программы шин на 1936 год ПЯТАКОВ дал мне задание, исходя из общих вредительских установок, ухудшить качество шин, маскируя это плохим качеством синтетического каучука.

Так как ЯРАК является единственным поставщиком авторезины в стране, вредительские мероприятия в этом направлении подрывали работу народного хозяйства и били по оборонным мероприятиям. Это вредительское мероприятие было проведено троцкистской группой на ЯРАКе: БОРОДАВКИНЫМ, ЗАМОШНИКОВЫМ, ВЕЧЕРКОВСКИМ, техником БИРАШЕВИЧЕМ, ПЛУТАЛОВЫМ и МЕРЗЛИКИНЫМ.

В результате подрывной работы группы в течение мая-июня месяцев 1936 года выпущено около 200.000 дефективных шин.

Было это сделано так: группа ввела свой собственный рецепт, и без обычно практикующейся проверки на 1000-2000 шин по этому рецепту было сразу пущено в серийное производство, и завод в течение более 2-х месяцев (с 11 мая по 21 июля) выпускал сплошь бракованную продукцию. В то же время был игнорирован рецепт 6 А, разработанный НИИРПом, который при испытаниях дал положительные результаты и предусматривал большой процент внедрения СК.

Эта вредительская работа в области качества шин является частью той вредительской линии, которую я проводил в области разрешения одной из важнейших хозяйственных задач – освоения синтетического каучука.

2) В этих же целях (противодействие освоению СК), по моей директиве членом организации главным инженером – ГОРБУНОВЫМ до последнего времени не были выработаны технические условия СК, что создавало неустойчивость всего технологического процесса, тем самым оказывало влияние на качество продукции. 

ГОРБУНОВЫМ тормозилось также переоборудование предприятий при внедрении СК от ручной работы на работу в формах.

3) Дефицитность резиновых изделий общеизвестна. Роль изделий промышленной техники, ремни, транспортные ленты, шланги, рукава, разные прокладки, – являются важнейшей частью технического снабжения любого предприятия; при выпуске продукции в размере 5-6% общего товарного выпуска НКТП (в ценах 26-27 г.г.) резиновая промышленность получала не более 1% капиталовложения, и тем из года в год увеличи<ва>лся разрыв между потребностями страны и возможностями резиновых предприятий. Такой разрыв был искусственно создан нашей вредительской организацией при моем непосредственном участии и участии ПЯТАКОВА.

4) И, наконец, вредительские мероприятия мною проводились при освоении средств на капитальное строительство.

В целях срыва окончания строительства ЯРАКа в ближайшее время мною средства по капиталовложениям при участии ГОРБУНОВА и КАРНАУХОВА – распылялись по менее значительным объектам, так, например: на основную единственную новостройку Ярославского резинокомбината отпускаемые средства не концентрировались на основных участках, а распылялись. Основное шинное производство до сих пор не имеет двух недостающих корпусов – начального “И” и конечного “З”. Без постройки и оборудования этих корпусов не может быть законченного технологического процесса, а, следовательно, не может быть окончательно улучшено качество шин. Целый ряд цехов до сих пор работают на временных площадках, т.е. пользуются временными паропроводами, трубами гидравлического давления и т.д. Все это ставит под серьезную угрозу удовлетворение потребности в стране шин.

Вопрос: Ваши показания не исчерпывают всей вредительской деятельности троцкистско-зиновьевской организации в резиновой промышленности и вашего участия в осуществлении диверсионных террористических планов организации?

Ответ: По этому вопросу дам дополнительные показания.

 

Протокол записан с моих слов верно, мною прочитан, в чем и расписываюсь.

 

БИТКЕР.

 

Допросил:

 

ПОМ. НАЧ. 4-го ОТДЕЛА ГУГБ –
КАПИТАН ГОСУДАРСТВЕН. БЕЗОПАСНОСТИ (ГАТОВ

 

Верно:

СТ. ИНСПЕКТОР 8-го ОТДЕЛА ГУГБ –
ЛЕЙТЕНАНТ ГОСУДАРСТВЕН. БЕЗОПАСНОСТИ: Голанский (ГОЛАНСКИЙ)

 

 

РГАСПИ Ф. 17, Оп. 171, Д. 265, Л. 128-143.


[1] В тексте ошибочно – “Юленевичем”.

[2] Здесь и далее в тексте ошибочно – “Лифшиц”.

[3] В тексте ошибочно – “Герцерб”.

[4] Так в тексте.

[5] Так в тексте.