Протокол допроса М.К. Мухановой

 

ПРОТОКОЛ ДОПРОСА

МУХАНОВОЙ, Марии Константиновны, от 23 марта 1935 года.  

 

МУХАНОВА М.К., 1902 г<ода> рождения, урож<енка> гор. Куйбышева, б<ывшая> дворянка, муж – ДЕЙНЕКА Б.С., певец Всесоюзного Комитета Радиовещания.
Сестра – МУХАНОВА Е.К. и брат – МУХАНОВ К.К., – арестованы СПО ГУГБ за участие в террористической организации. 

 

ВОПРОС: Когда Вы виделись последний раз с Вашей сес­трой Екатериной МУХАНОВОЙ?

ОТВЕТ: Она была у меня в начале февраля.

ВОПРОС: В связи с чем она к Вам приходила?

ОТВЕТ: Она пробыла у меня очень недолго. Она пришла волнованная, сказала, что арестована ее подруга Нина Александровна РОЗЕНФЕЛЬД, и что она сама ждет ареста.

ВОПРОС: Чем она объяснила Вам возможность своего ареста?

ОТВЕТ: На мой вопрос: “Почему ты боишься ареста?” – сестра ответила мне: “РОЗЕНФЕЛЬД моя приятельница, я у нее часто бывала. Она разведенная жена брата КАМЕНЕВА”. Больше она мне ничего не говорила и быстро ушла.

ВОПРОС: Вы знакомы с РОЗЕНФЕЛЬД?

ОТВЕТ: Я знала от сестры, что сестра работала вместе с РОЗЕНФЕЛЬД в Кремле и что она бывала у РОЗЕНФЕЛЬД и после того, как ушла из Кремля.

О том, что моя сестра тесно связана с РОЗЕНФЕЛЬД и часто у нее бывает, говорил мне также после ареста сестры мой брат Константин со слов сожительствовавшего с сестрой КИЗЮНА.

ВОПРОС: Вы не сказали, знакомы ли Вы лично с РОЗЕНФЕЛЬД Н.А.?

ОТВЕТ: Сестра познакомила меня с ней и ее сыном на концерте в Кремле в 1933 году.

ВОПРОС: Как это было?

ОТВЕТ: В Октябрьские дни 1933 года сестра пригласила меня на концерт для сотрудников кремлевских учрежде­ний, на который она достала два билета.

На концерте я была вместе с сестрой. Там она познакоми­ла меня с Ниной Александровной РОЗЕНФЕЛЬД и ее сыном. О РОЗЕНФЕЛЬД она сказала, что она тепло к ней относится.

ВОПРОС: После этого Вы виделись с РОЗЕНФЕЛЬД?

ОТВЕТ: Нет.

ВОПРОС: Что Вам еще известно о РОЗЕНФЕЛЬД и о харак­тере взаимоотношений между РОЗЕНФЕЛЬД и Вашей сестрой Ека­териной?

ОТВЕТ: К тому, что я уже сказала, я ничего добавить не могу.

ВОПРОС: КИЗЮНА Вы знаете?

ОТВЕТ: Лично я его не знаю. От сестры я слыхала, что она сожительствует с КИЗЮНОМ. Она говорила, что он работает в редакции журнала “Профинтерн”.

Один раз он звонил мне по телефону. Это было после ареста моей сестры – 9 или 10 февраля. КИЗЮН вызвал меня к телефону, сказал мне, что Екатерина арестована, где мо­жно получить о ней справки, и повесил трубку.

ВОПРОС: Вы показали, что Ваш брат Константин передавал Вам со слов КИЗЮНА, что Ваша сестра Екатерина часто бывала у Н.А. РОЗЕНФЕЛЬД. Следовательно, Ваш брат знаком с КИЗЮНОМ?

ОТВЕТ: Он виделся с КИЗЮНОМ только один раз. После ареста сестры брат ездил на ее квартиру, чтобы попытаться выяснять, в чем дело. Там он встретил КИЗЮНА. Со слов КИЗЮ­НА он и передавал мне о тесной связи моей сестры с Н.А. РОЗЕНФЕЛЬД. Кажется, также со слов КИЗЮНА брат говорил мне тогда же о том, что Н.А. РОЗЕНФЕЛЬД – жена брата КАМЕНЕВА.

ВОПРОС: Почему Ваша сестра ждала ареста в связи с арестом РОЗЕНФЕЛЬД?

ОТВЕТ: Не знаю. Я не делала вообще никаких предположений об этом и ничего об этом не знала. Уже после арес­та Екатерины в разговоре со мной мой брат Константин об­ратил внимание мое на то, что сестра была чрезвычайно взволнована, и сделал предположение о том, что она вела контрреволюционные разговоры.

ВОПРОС: Почему Ваша сестра предупредила именно Вас о возможности ареста?

ОТВЕТ: Я думаю, она сделала это, чтобы в случае ареста получать от меня материальную поддержку. 

Она предупредила о возможности своего ареста не только ме­ня. Она оставила моей сестре Наталье, проживающей в д. № 21, кв. 4 по ул. Горького, записку о том, что арестована Нина Александровна. Кроме того, она кому-то оттуда же звонила по телефону.

ВОПРОС: Кому именно она звонила?

ОТВЕТ: Не знаю. Сестры не было дома. Она передавала мне это со слов жильцов квартиры.

ВОПРОС: Вы показали, что Екатерина МУХАНОВА оставила своей сестре Наталье записку о том, что арестована Нина Александровна. Следовательно, Наталья МУХАНОВА знает Н.А. РОЗЕНФЕЛЬД?

ОТВЕТ: Я должна во-первых уточнить свой ответ: возможно, что Екатерина не оставляла записки, а передала об аресте Н.А. РОЗЕНФЕЛЬД на словах. Мне кажется, что Наталья МУХАНОВА лично не была знакома с Н.А. РОЗЕНФЕЛЬД. Она зна­ла ее со слов Екатерины.

ВОПРОС: Вы показали, что в разговоре с Вами Ваш брат Константин сделал предположение о том, что Екатерина МУХАНОВА арестована за контрреволюционные разговоры. На чем было основано это предположение?

ОТВЕТ: Я этого не знаю.

ВОПРОС: Вам известны политические убеждения Вашей сестры?

ОТВЕТ: Я встречалась с ней нечасто и не была с ней особенно близка. Я затрудняюсь ответить на этот вопрос.

ВОПРОС: Предъявляю Вам показания Вашего брата, который говорит о том, что Екатерина МУХАНОВА неоднократно высказывала ему свои антисоветские убеждения.

ОТВЕТ: Я признаю, что моя сестра Екатерина была настроена антисоветски, но подробно охарактеризовать ее политические убеждения не могу, т.к. никогда с ней не имела бесед на политические темы. Вспоминаю лишь, что несколько лет тому назад она показывала мне антисоветское стихотворение “Ответ Д. Бедному”, содержание которого я не помню. 

ВОПРОС: Какую контрреволюционную клевету в отношении руководителей ком<мунистической> партии Вам сообщал Ваш брат Константин?  

ОТВЕТ: Никакой.

ВОПРОС: Следствию известно, что Екатерина и Константин МУХАНОВЫ систематически распространяли контрреволюционную клевету в отношении руководителей ком<мунистической> партии и советского правительства, передавали эту клевету и Вам. Еще раз предлагаю ответить искренно на этот вопрос.

ОТВЕТ: Об Екатерине не помню, Константин МУХАНОВ контрреволюционной клеветы мне не передавал. 

ВОПРОС: Предъявляю Вам показание Вашего брата Константина о том, что он передавал Вам контрреволюционную клевету в отношении т.т. КАЛИНИНА и КУЙБЫШЕВА. Еще раз предлагаем Вам дать откровенный ответ.

ОТВЕТ: Мой брат Константин мне контрреволюционной клеветы не передавал. Его показание я отрицаю.

Признаю, что моя сестра Екатерина передавала мне контрреволюционную клевету.

В связи со смертью Н.С. АЛЛИЛУЕВОЙ Е. МУХАНОВА говорила мне, что АЛЛИЛУЕВУ убили или отравили. Она сказала мне, кажется, что АЛЛИЛУЕВУ убил СТАЛИН.

Другой контрреволюционной клеветы, которую мне пе­редавала сестра, я не помню. Ее содержание сводилось к тому, что среди руководителей коммунистической партии и советского правительства бытовое разложение, что они совершают уголовные преступления. Так, она говорила, что БУДЕННЫЙ убил свою жену, чтобы жениться на другой [i].

ВОПРОС: На кого ссылалась Ваша сестра, когда передавала Вам эту контрреволюционную клевету?  

ОТВЕТ: Она говорила, что об этом говорят в Кремле, что она знает об этом из “достоверных источников”.

ВОПРОС: Кому Вы передавали эту клевету?

ОТВЕТ: Никому.

ВОПРОС: Вы принимали участии в распространении контрреволюционной клеветы? Предлагаем дать искренний ответ.

ОТВЕТ: Я отрицаю свое участие в распространении контрреволюционной клеветы.

ВОПРОС: Кто известен Вам из знакомых Вашей сестры? Что Вы о них знаете?

ОТВЕТ: Со слов сестры я знаю, что с ней вместе в Кремле работал БАРУТ. Из ее знакомых вне службы знаю ГОЛОВСКОГО, Владимира Яновича, ИВАНОВУ, Галину Мариановну, МИХАЙЛОВА, Михаила Михайловича, с которым сестра сожительствовала.

ВОПРОС: А ЧЕРНОЗУБОВЫХ Вы знаете?

ОТВЕТ: Да, знаю. Была лично с ними знакома, но не виделась с 1929 года.

ВОПРОС: Что Вам известно о политических убеждениях названных Вами лиц?

ОТВЕТ: Братья ЧЕРНОЗУБОВЫ – Виктор и Владимир – по своим убеждениям контрреволюционеры. Я знаю это из бе­сед, в которых они принимали участие. О ГОЛОВСКОМ, МИХАЙЛОВЕ, ИВАНОВОЙ ничего не могу сказать. БАРУТА я лично не знаю. С ГОЛОВСКИМ, ИВАНОВОЙ, МИХАЙЛОВЫМ и ЧЕРНОЗУБОВЫМИ я познакомилась через сестру. Все это – ее знакомые.

ВОПРОС: Что Вам известно о контрреволюционной деятельности Вашей сестры Екатерины и связанных с нею лиц?

ОТВЕТ: Я показала уже, что моя сестра Екатерина распространяла контрреволюционную клевету. Больше об ее контрреволюционной деятельности я не знаю ничего.

ВОПРОС: Что Вам известно о связях Вашей сестры с иностранцами?

ОТВЕТ: Я знаю, что она давала уроки САДУЛЮ, сыну Ж. САДУЛЯ. После ареста сестры он звонил мне и спрашивал, когда сестра придет на урок.

ВОПРОС: Он сам говорил с Вами?

ОТВЕТ: Говорил женский голос. Я спросила, кто говорит, неизвестная мне себя не назвала.

ВОПРОС: Вы знаете Нину Конрадовну БЕНГСОН?

ОТВЕТ: Нет, никогда с такой не встречалась и ничего не слышала о ней.

ВОПРОС: Что Вам известно о террористической деяте­льности Вашей сестры Екатерины и связанных с нею лиц?

ОТВЕТ: Ничего.

ВОПРОС: Вы обвиняетесь в том, что принимали участие в деятельности контрреволюционной организации, подготовлявшей террористические акты против руководителей ВКП(б) и советского правительства. Предлагаем Вам откровенно рассказать все, что Вам известно о деятельности этой организации и о Вашем участии в подготовке террористических актов?

ОТВЕТ: Участие в контрреволюционной организации т причастность к подготовке террористических актов я отрицаю.

 

Записано с моих слов, мною прочитано.

 

Мария Константиновна МУХАНОВА.

 

ДОПРОСИЛИ:

 

НАЧ. 2-го ОТД. СПО ГУГБ: (КАГАН

ЗАМ. НАЧ. 2-го ОТД. СПО: (СИДОРОВ)

 

Верно: Уполн. Уемов

 

 

РГАСПИ Ф. 671, Оп. 1, Д. 109, Л. 171-179.


[1] К тому времени (1935 г.) слухи об убийстве С.М. Буденным своей первой жены циркулировали уже почти десятилетие. Например, 13 декабря 1925 г. М.А. Булгаков записал в своем дневнике: “Мельком слышал, что умерла жена Буд<енного>. Потом слух, что самоубийство, а потом, оказывается, он ее убил. Он влюбился, она ему мешала. Остается совершенно безнаказанным. По рассказу – она угрожала ему, что выступит с разоблачением его жестокостей с солдатами в царское время, когда он был вахмистром”.